Она сразу же увидела его высокую фигуру с тяжёлой энергетикой. Есению едва не сбила с ног. Может, зря она не согласилась на продление больничного? Её немного шатнуло.
Ей необходимо больше воздуха. Кислорода отчаянно не хватало.
Но, оказывается, иногда дышать тоже больно.
Бывает... Да, бывает. Проходили...
Не смотреть на Потапа и делать вид, что не заметила его - глупо.
Подходить и мило щебетать - ещё глупее.
Тем более, он, как обычно, припарковался фактически у крыльца.
А ещё он ждал её.
Да-да, её.
Почему?
Да потому что.
Смотрел на неё. Точнее, на каждого, кто выходит из универа. Есения мысленно поморщилась. Вот зачем, Потап, а?.. Неужели нельзя было встретиться в универе? Зачем опять на виду у всех?
Или так не терпелось её унизить?
Есения тихо сцедила воздух из груди и начала спускаться по ступеням. Одна. Вторая.
Мазуров выглядел нечитабельным. На лице - ни единой эмоции. Кроме, пожалуй, решимости. Когда до земли оставалось две ступени, он оттолкнул себя от машины и преградил дорогу Есении. Она уже успела позабыть, какой он высокий.
А ещё...
Просто какой он...
- Нам надо поговорить, - негромко произнес он, не удосужившись даже поздороваться.
- Нам не о чем говорить, - так же негромко выцедила воздух из легких Есения.
И сделала шаг в сторону, чтобы обойти его.
Но не тут-то было.
Потап - надо отдать ему должное - мягко перехватил её за плечо и потянул на себя.
К машине.
Есения точно в омут с головой рухнула. Он рядом! Его глаза... его лицо. Его запах. Сам он! Казалось, ещё секунда, и её легкие взорвутся.
- Руки от девушки убрал.
Сначала Есения не поверила своим ушам.
Мало того, что кто-то вмешался.
А потом...
Она повернулась на голос. Но прежде сердце в груди сделало кульбит. Кульбит отчаяния и веры... Потому что голос был знаком. Безумно...
От вида ещё одной высокой фигуры, у Есении перед глазами замелькали мушки. Закружились, забились в диком танце.
Она сама не поняла, как вырвала руку из захвата Потапа и прошептала.
- Рома...
А потом уже кидаясь к мужчине, громче:
- Рома! Ромочка...
Сильные руки тотчас подхватили её и подняли в воздух, чтобы плотнее прижать к крепкому телу.
- Живой... Боже, живой...
Она принялась лихорадочно обнимать Ромку за шею и целовать куда попало.
На тот момент ей было всё равно, что на них смотрят десятки глаз и открытых от изумления ртов. Она даже забыла про Потапа, чья аура не желала её отпускать. Тянула назад. Требовала...
Она опасалась оборачиваться.
И всё же обернулась.
Потап застыл каменной глыбой, скрестив руки на груди и расставив ноги на ширине плеч. На его лицо страшно было смотреть. В глазах плескалась жажда убийства.
Может, Есения и преувеличивала. Может, её эмоциональные качели дали сбой.
Она знала лишь одно - надо уходить.
Иначе-
Дальше она боялась даже продолжать.
Роман не думал её от себя отпускать. Приобнял за плечи, продолжая улыбаться.
Тоже хищно.
В горле девушки заклокотала истерика.
Если они схлестнуться... Если они сойдутся...
Низ живота свело судорогой. Нет. Вот нет и всё тут. Нельзя!
- Как ты меня нашел? Как ты тут оказался? Рома! - она взяла его за подбородок, вынуждая смотреть на себя.
Сердце в груди продолжало сходить с ума.
- Тебя обижают, Яся? - негромко спросил он.
Уточнил.
Яся быстро-быстро замотала головой, перехватила ладонь Ромыча и потянула за собой.
- Пошли. Давай уйдем. Пожалуйста.
Тот, кого она назвала братом, чуть прищурился и впился в неё требовательным взглядом. О-о, были времена, когда она боялась этого взгляда больше всего на свете. Не подлости других девчонок по детдому, не гнева воспитателей.
А именно гнева Ромки. И ещё - его разочарования в ней.
Она сделала всё, чтобы последнее так и не произошло.
Роман не думал отмирать. Продолжать вести бессловесную дуэль с Мазуровым.
Есения дернула его за руку.
- Эй...
Он отмер и снова посмотрел на неё.
- Кто тебе тот парень?
- Уже никто.
- «Никто» так не смотрит.
Есения сильнее потянула Романа. Да пошли что ли!
Есения кинулась к какому-то мужику.
И тот ее подхватил на руки. Прижал к себе.
Потап был готов к любому развитию сюжета. Но не к тому, что увидел.
Его Яська сорвалась к какому-то мужику. Повисла на нем. Обняла. Сама! А эта падла прижалась губами к её лбу, словно имел полное право.
Потап ощерился.
Каждая мышца, каждая жила напряглась до предела, до максимума. Ладони зачесались с такой силой, что невтерпеж... Отодрать Яську от этого урода... а потом в машину и к себе на квартиру. А лучше в горы. Где только он и она. Где у него будет возможность выпросить у неё прощения. Раз за разом убеждая Есению, что он эмоциональный инвалид. Что сдурил. Что лоханулся.
Что любит её... И что вот с такой извращенной позиции раньше воспринимал любые отношения.
Но она изменила всё.
Он не успел.
Потому что сейчас ЕГО Есения, его райский цветок обнималась с другим мужиком!
И это вышибало мозги напрочь.
Он почти сделал шаг в их сторону. Почти сорвался, когда мужик - парень примерно его ровесник, -повернул к нему голову.
