Орки бежали в панике, неся весть, что на Такорию работают невиданной силы шаманы. Король ликовал — семь человек справилось с тем, для чего он держал сотню.
Такая цветовая комбинация у магов получила название "Смертельная радуга", в будущем армии, которая имела за своей спиной такою семерку, победа была предопределена… правда, если у противника была своя «радуга», тогда побеждали те, у кого маги более сильные.
В благодарность маги попросили разрешения открыть собственную школу, чтобы воспитывать магов-воинов. Конечно, король согласился, но отдельное здание строить не дал, опасаясь, как бы такая сила однажды не восстала против него. Так маги-воины попали под присмотр знахарей.
Шли годы и столетия, войны утихли, границы государств обозначены и закреплены, был образован Межрасовый Совет и боевые маги стали не нужны. Начали поговаривать, что их надо упразднить. И тут в Такорию пришла очередная беда.
После смерти короля Иоанна Баламутного престол должен был унаследовать его сын Искандер, которому на тот момент было одиннадцать лет. До совершеннолетия короля регентом был объявлен князь Ирмскмй, двоюродный брад умершего Иоанна, который и правил всласть шесть лет. А потом он понял, что не хочет расставаться с короной, и на молодого короля было совершено несколько покушений, которые тот чудом пережил. Искандеру вместе с матерью, королевой Эсфирь, пришлось спасаться бегством. Многие аристократы поддержали князя, который сулил им титулы и богатство, придворный маг был ему тестем, так что защиты от магов тоже ждать не приходилось.
Казалось, все уже предрешено, и историки готовились писать о смене династии. Но тут за обездоленного короля вступились всеми позабытые маги-воины. Именно у них нашли приют королева-мать с сыном. Затем пришлось напомнить, что две "Смертельные радуги" и шесть неполных (фиолетовых на всех не хватило) — это сила, с которой лучше не встречаться в бою.
Тогда поползли слухи, что юный король не сын Иоанна Баламутного, а какого-то неизвестного эльфа — челюсти подберите, это неправда — и, следовательно, не имеет права на престол. Но после того как «свидетели», до этого кричавшие на всех углах, что денно и нощно держали королеве и ее любовнику свечку, публично признались во лжи, извинились и, дабы искупить вину, повыпрыгивали из окон дворца, все утихло. В те времена еще не знали, как опасно злить «внушителя».
