«Это самое жестокое слово — «никогда»» (с)
Они сидят рядом, смотрят друг на друга, ведут оживленную беседу и никак не предполагают, что ждёт их впереди. Вернее, как не предполагают… он-то прекрасно знает, кто сегодня умрёт. Знает, но слабо, наверно, представляет, как это произойдёт, какие чувства овладеют им. А она… она просто даже думать о смерти не может, сидит и улыбается, иногда потягивая вино. Страшно. Вокруг стоит радостный смех и громко играет музыка. Лишь только пламя свечи перед ними дрожит как-то особенно нервно, будто бы чувствует — что-то не так.
Русе Болтон сидит рядом с Кейтилин Старк за большим столом, улыбается, равнодушно смотрит перед собой, делает вид, что ничего не знает. И, по правде говоря, рад бы не знать. Он думает, почти не пьёт вино, собирается с мыслями. А рядом с ним — та, которую он так давно любит. Та, которую Болтон вынужден предать. Иначе — уже нельзя, да и отступать только лишь ради любви кажется ему глупым и бессмысленным. Леди Кейтилин улыбается и смеётся… А ему тошно и холодно от мысли о том, что это ненадолго. Русе всегда ставит выгоду выше любви, симпатий, собственных чувств и отношений. Никакого сожаления о сделанном, никакого стыда. Это, наверное, правильно…
— Вы не пьёте вино? — спрашивает Кейтилин, улыбаясь.
— Никогда. Вино притупляет чувства, — отвечает Русе, постукивая пальцами по столу и отводя взгляд.
— Так именно в этом и есть вся суть! — отвечает кто-то, сидящий рядом, но Болтон не говорит ничего. Слишком двусмысленно звучит всё, сказанное несколькими секундами ранее. Заходит разговор о его молодой жене — Уолде, дочери Фрея, на которой он женился лишь из-за выгоды и богатства.
— Надеюсь, ваша жена сделает вас счастливым. — Кейтилин продолжает улыбаться и говорит с какой-то надеждой в голосе. Сидящий рядом человек поддерживает её, произнося что-то абсолютно несвязное и теряющееся в общем шуме. Все эти слова, все эти разговоры — от них уже противно. Настолько противно, что даже думать не хочется…
— Она сделала меня богатым, — усмехается в ответ Русе, как будто бы этого ему вполне достаточно. В какой-то степени он не врёт: выгода всегда превыше всего, но деньги не приносят настоящего счастья. У Русе Болтона теперь есть богатство, есть земли, средства. Это будет у него всегда, а вот счастье… О нём вообще следует замолчать хотя бы навсегда.
Музыка внезапно утихает, и лорд Фрей снова что-то говорит новоиспечённому королю Севера, Роббу Старку, после чего в зале вновь поднимается смех. Молодоженов с позволения короля провожают в спальню. Всё внимание — на них. А Русе, пользуясь моментом, наблюдает за Кет. Она замечает это, смотрит на него, и он невольно начинает улыбаться. Болтон понимает, что скоро этому придёт конец. Он знает это, знает, что каждый миг здесь как последний: в любой момент кто-нибудь из Фреев подаст сигнал, и начнётся резня. Поздно. Уже поздно об этом думать. Случится то, что должно случиться. Зато он получит неплохие деньги за это, а может быть, даже и земли. Не утешение вовсе — так, лёгкая компенсация.
«Ты не можешь мне запретить этого».
Всё вокруг продолжает таять и растворяться в потоке музыки и голосов. Шум постепенно стихает, пьяные и вдоволь наевшиеся гости засыпают прямо за столом. Никто не подозревает ничего, а те, кто знает — не подают никаких признаков волнения или сожаления. Ещё бы: сегодня они ощутят вкус крови безоружных врагов, убьют кучу людей и будут довольны. Музыканты начинают играть до боли знакомую мелодию. «Рейны из Кастамаре» — гимн Ланнистеров, символ победы, символ сегодняшнего триумфа. Звуки музыки наполняют зал. Снова никто не подаёт виду. Лишь только Кейтилин смотрит несколько испуганно.
Русе понимает: легче было бы убить её прямо сейчас, собственноручно, навсегда, чтобы успокоиться окончательно, не вспоминать и не знать. Невозможно видеть, невозможно чувствовать. Он никогда не скажет об этом вслух, не сумеет признаться — истинные лорды не позволяют себе такого. Тем более, Русе женат, он не должен даже думать об этом.
В свете нервных свечей Кейтилин Старк вновь кажется ему какой-то особенно красивой. Сейчас она не смотрит на него, и это, наверное, к лучшему. Она не замечает его, не знает его мыслей. А он видит её насквозь и понимает, что уже вряд ли что-то возможно исправить.
Время утекает сквозь пальцы, будто бы песок. Осталось ждать совсем недолго. Скоро всё стремительно изменится.
Одна песня сменяется другой, те, кто ещё не упали под столы под действием вина, продолжают шуметь. Здесь никто ничего не видит, никто не ведает, возможно, даже не понимает до конца, что происходит. И Русе Болтон не понимает. Он закрывает глаза и абсолютно неосознанно касается руки Кейтилин и берет её ладонь в свою. Она резко оборачивается и непонимающе смотрит на Русе.
