— Здравствуйте благородный эльф — с места в карьер начала я — простите меня, пожалуйста, за мое недостойное поведение вчера ночью. Я была пьяна, а ваш визит был столь неожиданным, что я не сдержала своего природного сарказма. Мы не виноваты в том, чем нас наградила природа, и я отнюдь не эксперт в красоте, и мне очень стыдно за свое нелестное высказывание, и я смиренно прошу прощение.
— Я тебе не нравлюсь? — меланхолично спросил эльф.
Неожиданный вопрос.
— Нет — честно ответила я, и твоя внешность тут не причем, просто ты добровольно отказался от Дусика, самого чудесного мужчину, которого, я когда либо знала.
— И ты мне тоже не симпатична — Вот уж ни разу не расстроюсь.
— Так, вы меня прощаете?
— А тебе зачем? Боишься меня? — насмешливо спросил эльф.
— Нет, но вы брат Эвдокомиэля, я не хочу еще больше усугублять семейную ситуацию, Эвдокомиэль и так страдает.
— Как он? — странный вопрос от эльфа, который за четыре года ни разу не появился на нашем горизонте. А вот не скажу я тебе, сначала, у своего красивеныша спрошу, хочет ли он оставлять тебе данные о себе.
— Зачем вы ко мне приходили, благороднейший? — уточнила я. Интересно же.
— Не скажешь, понятно. Я бы наказал тебя, но ты мне нужна. Дело в том, что у нашей группы намечается через три дня благотворительный концерт, а наш солист Адарилиус Великолепный, схватил ангину.
— Эльфы не болеют — ехидно заметила я.
— Раз говорю, схватил, значит, схватил. Даже если эта ангина зовется, Ангела Войт, старлетка из борделя. Неважно. Мы остались без солиста, а привел меня на ваш грязный этаж твой голос — в сердцах просто выплюнул эльф, его клоны аж обвернулись на нас, хотя до этого делали вид, что не видят непотребный разговор благороднейшего с низкой дойрой, лицемерие во всей красе.
— Наш этаж чистый, мы моем его каждый день. Так вас привлекли мои пьяные вопли? — оскорбилась я
— Это были не вопли — это было самое прекрасное, что я слышал за всю свою жизнь
— не менее оскорбился эльф.
— Хорошо, и что? — ради Дусика, я решила с ним разговаривать дальше, может через голос Изотермы мне удастся примирить его, хотя с братом, раз родители эльфенка и знать его не хотят.
— Я хочу, чтобы ты пела на концерте с нами, и готов забыть все оскорбления — сквозь зубы проговорил Какушка.
— И как вы себе это представляете, как за три дня научить меня петь ваши песни? Это невозможно.
— Глупая ведьма, наши инструменты магически подстроятся под твою мелодию, тебе достаточно петь, единственно, все твои песни на рихарском, но у меня есть сильный поэт, он адаптирует твой текст на эльфийский.
— А вас не смущает, что я эльфийский не знаю? — насмешливо спросила я, предприятие все еще казалось мне провальным.
— Напишем эльфийские слова на рихарском — безапелляционно отрезал эльф.
— А что я за это получу? — корыстно уточнила я. А что, я пахать буду. Бесплатно только котята родятся.
— Ну, ты и наглая, концерт благотворительный — возмутился Какушка.
— Я отдам свои деньги на благотворительность, только туда, куда сочту нужным, иначе ищите себе другую певчую птичку.
Знала я их благотворительность, бабки отдавались женам айв, которые просаживали их на вышивание гербов своих мужей, ну, просто «бесценные» подарки для работных домов получались. Великолепная Ахрен меня как-то просветила на предмет этой просто охренительной благотворительности высших. А я бы отдала голый нал в сиротский приют, мои деньги, мои траты.
— Хорошо — поморщился эльф, видать у него другого выхода просто не было — Приходи после занятий в музыкальный класс, будем настраивать на твой голос инструменты.
— Отлично, но я опоздаю. Давайте через час после — и не дав возразить эльфу, я ушла прочь, у меня было дело, я шла мириться с драконом.
Ровно после занятий подошла я к огромной белой мыши, та, что неба выше. Мышь, завидя меня, повернулась ко мне попой. Обиделся.
— Дракоша, давай мириться — попа не шевельнулась
— Я тебе вкусненького принесла — попа зашевелилась, и уползла от хлебосольной меня куда подальше.
— А давай, договоримся, я тебе верну твой прежний вид плюс бонусы — эх фантазия моя не подведи меня — когда ты стоишь на земле будешь черным драконом, а когда будешь лететь в небе, станешь золотым как солнце, когда окунешься в воду станешь голубым, а ночью, станешь синим как ночная мгла, и тебя никто не сможет увидеть, или поймать, тебя вроде нет.
«А зеленым в траве?» — у меня в голове раздался бархатный голос. А так бывает?
— Ну, да если хочешь — осторожно ответила я
«Еще как хочу, и рога по длиннее, и плеваться льдом» — во как загнул дракоша, а он фантазер, как и я.
— А третий глаз тебе не подарить? — фыркнула я.
«Ну, можно, хотя это не эстетично»
Чего? Ты дракон, или барышня в кружевах?
«Ведьма, возвращай все как было, иначе я не знаю, что будет» — зашелся в истерическом вопле голос у меня в голове.
Ой, напугал ежа голой попой. Хотя ладно, переживает хоть и ящер. Жалко животину.