Мне в удел досталась пустота, На мосту я между завтра и вчера, В день вчерашний возвращаться не хочу, Ну, а в завтрашний одна не пойду.
Правильно, брошенная девушка, всегда возвращается, (житейская мудрость)
Я на фиг шла такой походкой, С таким уверенным лицом, Что те, которые послали Просили взять меня с собой (руководство к действию)
«Ведь всё-таки, это наш общий газ, а мечты сбываются только у вас» — пел в моей голове Семен Слепаков. Вот в последнее время я ощущала себя акционером ОАО Газпром, причем не самым последним, пятидесяти процентный пакет акций жал мой карман, а мечты сбывались с небывалой скоростью. Моя шикарная лопес поджимала накаченные бразильские полушария, в ожидании отката, а мозг разрывался от наката сказочной действительности.
В академии нежданно, негаданно впервые за двадцать лет прошла тотальная проверка, судя по размаху, вплоть до изучения анальных глубин наших преподов. По результатам, тихо, но смачно дали ногой под зад собаке Барабаке. Громко и с оттяжкой послали в неизведанные дали Рисая, и скопом выдали прописку в никуда актрисулке Монро и зоофилу Фибрсу, а заодно прихватили с собой нахрапом пару тройку педагогов более мелкой паршивости, но не меньшей зловредности, и выписали им прописку по месту жительства со штампом безработица.
На место Рисая пришел вполне адекватный дядька военной наружности, и крайней косолапостью в обращении с женщинами. Себя он приказал называть полковник Зир. Он зачем-то разработал специально для меня женские нормативы, и очень неуклюже, с завидной регулярностью пытался посадить меня на скамейку запасных, под общий недовольный вопль моей команды. Плюшевые звери привыкли работать со мной в активной связке и совершенно не хотели принимать на вооружение новые педагогические веяния в отношении единственной, боевой меня. Я приняла нейтральную позицию, лезть в самое пекло мне не хотелось, благо новый глав боевик не настаивал, но и бросать мальчиков на произвол судьбы я не собиралась. В связи с чем, периодически приходилось отвоевывать место на полосе препятствий с боем и нервами, под душераздирающие вопли полковника Зира, мол, он не хочет отвечать за мои ранения перед ректором. Хвала богам, мужик попался и в правду адекватный, и буквально через пару занятий он понял, что оберегать от повреждений стоит не меня, а моих соперников. И как-то поумерил, свой тотально осторожный пыл, что не могло не радовать.
А уж как радовалась взаимопониманию с новым носителем доброго, вечного, светлого моя лопес, словами передать не могу, она наконец-то стала такой, какой мечтала. Помидорную румяность от шлепков, сменила аристократическая бледность. А спартанская рельефность слегка, благодаря послаблению физ нагрузок, отрихтовалась более мягкими формами. И мне, и окружающим так нравилось больше.
На место мега секси Монро, фрика известной блонди, пришла тихая бабушка, в глухом платье и буклями на голове, с душой Цицерона и Девы Марии. Рассказывала она очень интересно, с воодушевлением, и смотрела на многие проказы студиозов с легким укором, и всегда все прощала. Она мне нравилась, поэтому, своему потоку я честно сообщила, что за шалости на уроках бабули, я буду мстить. И что я не злопамятная, я взаимная. С учетом моей репутации, мучимые не раз поносом имени меня студиозы, мне поверили безоговорочно.
Фибрса заменила, колоритная тетка, орчанской национальности, и выдающихся размеров. Единственная женщина в академии по сравнению, с которой моя лопес выглядела хилым сжатым кулачком. Животных она любила, строго на расстоянии, аля лямур из окна автомобиля с закрытыми стеклами, и техника безопасности у нее была на высоте, и первое, что она сделала, это усыпила звероежа. По ее словам, зверушка тронулась умом, и оставлять ее в живых было нечеловечески жестоко. Совершенно с ней согласна, только цветы на могилу моченого ежика меня принести не тянуло.
А ректор, это вообще песня. Просто прототип из фентезийной книжицы в лучших традициях. Красавец мужчина. Не юнец, брюнет с синими как море глазами. Боевик, стихия огонь. Общий ореол таинственности, он работал всю жизнь не в Рихаре, и откуда взялся непонятно. Строг, и в меру демократичен. Этакий рубаха парень с легким налетом снобизма и значком дейрана на плаще. Впору влюбиться, но……
Если бы все эти изменения ворвались в мою жизнь полгода назад, я бы ликовала. А так, мечты начинают сбываться, когда перестают быть мечтами, и становятся ненужны.
Через неделю своего правления новый ректор, под несмешной фамилией Мориани, вызвал меня к себе без особых причин. Я шла и сильно напрягалась, срабатывал рефлекс от Барабаки, в бытность его правления, что-то хорошего ждать не приходилось. Вот что такое? Ничего я в последнее время не творила. Зачем я ему понадобилась, какая опять подлянка?
— Тиресса Дубр, присаживайтесь — приветливо сказал мне новый ректор.
Я как-то подобралась, чисто механически, привычка, вбитая пятилетним опытом, работала без сбоя.
— Спасибо, я постою — долго я здесь задерживаться не собиралась.