— Столько, сколько потребуется. Насиловать я вас не собираюсь. Может, вы мне пока озвучите ваши пожелания. Я все для вас сделаю. Нина, я вам не враг, и надеюсь, вы скоро это осознаете.
— Мне бы хотелось — несмело сказала я — продолжить учебу в академии.
— Зачем? Вам теперь не нужно думать о хлебе насущном — мягко сказал лорд.
— Затем, что при вашей профессии вас могут убить в любой момент. А мне бы хотелось стоять твердо на ногах, и суметь себя защитить, а не стать разменной монетой в играх наследных самцов — упрямо сказала я.
— Я услышал. Хорошо, если для тебя это так важно, учись. Но в академию будешь ходить под охраной, после занятий сразу домой — на тон строже постановил, мой муж?
— А дышать можно? — насмешливо сказала я
— Нина, не утрируй, я сейчас в очень шатком положении, на меня было совершено покушение, и твоя безопасность стоит на первом месте. Я не запрещаю тебе общаться с друзьями, приводи их сюда. Я не собираюсь тебя ни в чем ограничивать в рамках разумного, конечно. Просто настаиваю на элементарных средствах защиты. Личная охрана — это мое условие.
— Я тоже услышала — благодарно ответила я. Что ж не самый худший расклад.
— Я пойду спать в кабинет, тебя ждет наша спальня, привыкай — велел лорд.
А дальше пошла эскадра снов под названием «Завоевание Нины». Лорд встречал из академии, дарил цветы, вырывался с работы и водил в рестораны, привечал Гадю, и даже Дусика, очень быстро перестал возражать против совместного бизнеса с ним, просто просил ограничиться творческим вмешательством, рисовать эскизы одежды мне никто не мешал. А я непонятно с какого перепугу дичилась, не давала даже за руку подержаться. Ну, что ж поделать, другая реальность, другая я. Лорд расстраивался, это было видно. И со вздохом уходил спать на диван в кабинет.
Вот как бывает, твои увлечения, желания уважают. Твои страхи понимают. Твоим устремлениям доверяют. Только не здесь, не со мной. Эти сны выматывали. Отбирали силы, и отравляли разум. В реале я забыла про гордость, я была одержима идеей прекратить эту утонченную пытку. Я послала несколько магических вестников лорду с просьбой о встречи у этого долбанного фонтана. Я так измучилась, что была готова на свой страх и риск все рассказать айве. Лучше отсидеть в тюрьме за незаконное использование проклятия, чем вечно жить между сном и явью. Ведь, по сути, я не спала толком, я проживала две жизни, без сна и отдыха. И это лишало сил. Я похудела и осунулась, а лорд не ответил, вернее мои вестники вернулись не распечатанными, просто отказ, меня внесли в черный список, была и здесь такая функция, адресат даже не видел моих сообщений, маг птички, исписанные моим корявым почерком, просто натыкались на стену и по инерции возвращались к отправителю.
За что ты так со мною Варн? Неужели так плохо меня узнал, или я похожа на экзальтированную влюбленную дурочку, или на бездушную вымогательницу? Когда мы встретимся, я тебя побью, обещаю.
Сожги все мои завтра, Запыли и сотри то вчера, Погаси, затуши жар костра, Серой краской замажь вечера.
Вот так вот, я поэт зовут незнайка от меня вам балалайка. Я уже стихи писать стала, этот тупиковый период жизни открывает все новые грани моего я. И это пугает.
Поршневая машина моей сказочной жизни все продолжала набирать обороты, от этой сладости у меня уже оскомину набило на языке, а лопес слиплась. Команда моя стала сдувать с меня былинки. Я теперь не тетя Бабайка из «Спокойной ночи малыши», я участница ванильной мелодрамы Белоснежка и пять ее верных гномов. Нет, конечно, с одной стороны я ребят понимала, очень большая подстава узнать, что их главный ядовзрывательный сюрприз для соперников, вдруг резко сменил, накануне выпуска, главное направление, и теперь не так активно, как прежде выдает зловредные этюды на полосе препятствий. Но с другой стороны они уже задолбали меня своей материнской заботой, и подчеркнуто ванильно-вежливым обращением. Пять нянек ефрейтора Збруева, блин. Лучше бы грубили как прежде, было бы привычней. У меня и так, каждую ночь потрясения, от крышесносных сновидений, так я еще и наяву чувствую себя героиней не своего романа.
— Ниночка, возьми, скушай булочку — просительно протянул Пончик
Ну, все, алее, если самый главный обжорка нашей гоп бригады стал делиться со мной едой, значит мое дело труба. Залюбят меня до смерти, как пить дать.
— Все достали, мам ваших за ногу — взвыла я — вы можете, все успокоится?! Я вас не брошу, на финальные соревнования явлюсь. Все сделаю для победы, только прекратите эти сюсюканья!
— Нин, мы просто волнуемся, ты, выглядишь неважно — серьезно сказал Итар.
— Захитали — рявкнула я, и сбежала к Дусику.