Наконец, Песцов закончил кулуарные переговоры и объявил:
— Господин Маралов, к следующей субботе жду от вас приглашения. Детали согласуете с девочками. Вам предстоит раскошелиться на ужин. На меня и моих жен за проигрыш в той глупой гонке, и на моих наложниц в качестве виры за вашу сегодняшнюю бестактность. Более вас я не задерживаю.
Профессор Тушканов был человеком интеллигентным и вполне обладал чувством такта. Поэтому, несмотря на всю свою фанатическую увлеченность теоретической магией, он не стал отлавливать Песцова в первый же день после сдачи зачётов. Он подошел на второй день.
— Молодой человек! Я, безусловно, рад, что вы сумели получить все необходимые зачеты. Ваше отчисление стало бы страшной ошибкой для академии и тяжелой потерей для всей магической науки.
— Ну почему сразу отчисление? — озадаченно спросил Песцов. — Взял бы академический отпуск, подготовился, и зашел на второй круг.
— Вам академический отпуск не положен, — огорчил профессор, — поскольку вы проучились менее одного семестра.
— Я так и думал, — состроил огорченную физиономию Олег. — Это заговор. Местные шпаки не желают, чтобы герои, защищавшие империю, давали заслуженный отпор местной вконец охамевшей молодёжи.
Реплика, выданная со всем тщанием, осталась без должного внимания. Тушканов лишь хмыкнул и повлек Песцова в своё логово.
На кафедре уже собрались все сотрудники. И доценты, и аспиранты. Едва Олег вошел, как все уставились на него, словно ожидая некоего откровения. Но тот сделал морду кирпичом и, дождавшись, когда профессор обозначит своё место, уселся на единственный оставшийся незанятым стул.
— Анечка, не сочтите за труд, накройте чай, — распорядился Тушканов.
Аспирантка Марьина, вздохнув, поднялась со своего места и отправилась исполнять. Видимо, это было в числе её негласных обязанностей. Впрочем, несмотря на показное недовольство, управилась она быстро. Не прошло и десяти минут, как чай был заварен, стол у дальней стены застелен бумажной скатертью и заставлен всеми полагающимися к чаю принадлежностями.
Олег, не мешая мужчинам ухаживать за дамами, налил себе чаю, положил на свою тарелку пару самых вкусных пирожных и, дождавшись удобного момента, вбросил заготовленную загодя провокацию:
— Сергей Порфирьевич, нам на лекциях рассказывают, что применение магии крайне выгодно во всех отраслях человеческой деятельности. Тем не менее, как я могу видеть, автомобили сжигают бензин, освещение в домах обеспечивают электрические лампы, на обогрев жилищ мы переводим ископаемое топливо. Так почему же магическая энергия не используется в должной мере?
— Почему магическая энергия не используется повсеместно? — повторил вопрос Песцов. — Выходит, преподаватели несколько… э-э-э… лукавят?
Профессор, как раз в этот момент вонзивший зубы в наполненный восхитительным кремом эклер, осуждающе поглядел на студента. Но соблазн прочесть незапланированную лекцию на любимую тему был сильнее. Тушканов аккуратно дожевал кусок, отставил чашку и бережно положил недокусанное на тарелку.
— С незапамятных времен, — начал он, — человечество использует для своих нужд различные виды энергии. Первым таким видом, помимо механической энергии собственных мускулов, стала химическая энергия топлива, превращающаяся при сжигании в тепловую. После человек научился применять энергию ветра для движения судов. Долгое время ничего кроме этого не использовалось. Люди пытались находить более эффективное топливо, улучшать тепловые преобразователи. В конечном итоге появились печи, топящиеся каменным углем. В процессе совершенствования преобразователя энергии ветра — паруса, была разработана сложнейшая система ветроулавливания, построены скоростные парусные суда.
— Они были настолько хороши? — недоверчиво спросил аспирант Иванов.
— Они были безупречны, — вскинул голову Тушканов. — По свидетельствам очевидцев, даже при таком ветре, когда человек мог ходить с зажженной свечой по палубе, они имели до шести узлов хода.
Профессор передохнул, отпил чаю и продолжил:
— Долгое время не появлялось ничего нового. И даже магия, известная с незапамятных времен, не меняла установившихся порядков, поскольку была уделом лишь немногих. И неизвестно, сколько бы длился этот застой, но случилось Обретение. Восемьсот с лишним лет назад господин Крокус кардинально изменил мир. Всё дело в том, что магическая энергия, в просторечии называемая так же маной, посредством конструктов может быть конвертирована почти в любой другой вид энергии с минимальными, пренебрежительно малыми потерями на преобразование. Именно поэтому магическая энергия является наиболее выгодной для человека.
Тушканов увлёкся. В его глазах зажегся фанатичный огонь праведного теормагика. Бородка встопорщилась, пиджак расстегнулся, а большой палец левой руки как-то сам собою зацепился за пройму жилетки. Профессор подхватил с тарелки недоеденное пирожное и указал им в пространство:
