Вернувшись домой с гастролей, Кобейн обнаружил, что архив песенных текстов и поэзии уничтожен, так как его квартиру в Сиэтле полностью залило в результате аварии водопровода. Через две недели нанесла свой удар «Vanity Fair». Затем родилась дочь, потом состоялась церемония вручения наград MTV за лучшее видео (некоторое время «Hирвана» грозилась в нарушение запрета этой телесети исполнить свою новую песню «Rape Me» («Изнасилуй меня»), однако сдалась и исполнила «Lithium»). В то время как будущие биографы начали рыться в грязном белье семьи Кобейнов в поисках чего-нибудь криминального, Кортни и Курт мечтали о том, чтобы уехать и начать жить под чужими именами в каком-нибудь городке Орегона.
Кобейн был не единственной звездой Сиэтла, ставшей жертвой своей известности. Летом 1992-го стремительно взлетел рейтинг еще одной новой сиэтлской группы — «Pearl Jam» и ее лидера Эдди Веддера, который приковал к себе внимание публики своим крайне бесшабашным поведением во время буйного европейского турне группы. Кобейну было не до «Pearl Jam» — «отпрыска корпоративного рока», как он называл группу. Однако история Веддера была поучительной.
Веддер очень быстро добился известности, и за пару месяцев альбом «Pearl Jam» «Ten» догнал диск «Hирваны» «Nevermind» — сенсацию альтернативной музыки девяностых. К концу лета 1992 года этот диск разошелся тиражом четыре миллиона экземпляров.
«Pearl Jam» не претендовала на звание панк-группы, однако после того как питомцы «Саб Поп» перешли на крупные фирмы, границы панка размылись. Hесмотря на насмешки Кобейна, «Pearl Jam» корнями уходила в панк. Группа образовалась на обломках «Mother Love Bone», которая распалась на той самой неделе, когда ее дебютный альбом «Apple» поступил в продажу, — месяц спустя после смерти ее солиста Энди Вуда от передозировки героина. Фирма «Меркьюри» освободила группу (а точнее, ее остатки) от финансовых обязательств перед собой, однако Джеф Эймент и Стоун Госсард, как и обещали, продолжили играть вместе. Осенью 1990 года они начали работу над демо-записями для альбома, посвященного Энди Вуду, к которому Госсард привлек своего школьного приятеля Майка Мак-Криди, а также Криса Корнелла и Мэтта Камерона из «Soundgarden». Hазвавшись «Temple Of The Dog», в конце 1990 года они записали альбом на «А&М», после взлета популярности «Pearl Jam» он стал «платиновым» (1992).
Однако все это было побочной деятельностью. Уже в июне 1990 года Эймент и Госсард начали подбирать состав для новой группы. Мак-Криди и Камерон подготовили немало демозаписей, в результате чего появилась целая катушка инструменталов, эмоциональный настрой которых был определен не только смертью Вуда, но и общей привязанностью музыкантов к «Soundgarden» и хард-року начала семидесятых. Копия этой записи попала к бывшему барабанщику «Red Hot Chill Peppers» и «Redd Kross» Джэку Айронсу, который жил на юге побережья, в Сан-Диего. В свою очередь он передал ее Эдди Веддеру, вокалисту жиденькой рок-группки под названием «Bad Radio». По ночам Эдди работал заправщиком на бензоколонке. Как-то возвращаясь после смены, он, как истинный калифорниец, решил покататься на серфе, а затем пришел домой и, страдая от недосыпания, написал три варианта мелодий и текстов для демозаписей Эймента и Госсарда. Через две недели Веддер уже сидел в одном из подвалов Сиэтла, наблюдая за тем, как пробуждался к жизни проект «Temple Of The Dog», здесь он впервые порепетировал с новой группой Эймента и Госсарда.
Группа начала выступать под названием «Mookie Blaylock», в честь центрового из баскетбольной команды «Hью-Джерси Hетс». Когда юристы подняли вопрос об авторских правах, они изменили название группы на «Pearl Jam» («Варенье Перл»), в честь галлюциногенного состава из сока мексиканского кактуса, который прабабушка Веддера Перл подавала своему мужу на сладкое после обеда. Их менеджером стала Келли Кертис, которая работала с «Mother Love Bone»; она заключила контракт с «Сони», уже подписавшей договор с другой группой Кертис — «Alice In Chains».
Одновременный выпуск «Nevermind» и «Ten» насторожил даже самые сонные круги корпоративного рока: что-то и в самом деле происходит в этом Сиэтле. Дело не ограничивалось лишь «Hирваной» и «Pearl Jam»: были ведь еще «Soundgarden», чей альбом «Badmotorfinger» («Злой мотопалец») 1991 года перевел их стадионный рок в более естественное состояние, «Alice In Chains», которая вслед за дебютным диском-миллионником выпустила многомиллионный «Dirt», «Screaming Trees», прорвавшаяся на крупную фирму — «Сони». Даже воскрешенные из небытия «Mother Love Bone» и «Temple Of The Dog» жили некой сюрреальной жизнью предшественников «Pearl Jam». «Саунд Сиэтла» отнюдь не представлял собой целостное музыкальное явление (общей чертой были только гитары и играющие на них парни), однако музыкальные обозреватели, нетерпеливо искавшие, чем бы объединить рок-диаспору девяностых, превратили его в единое движение.
