Из недр этого мира распространяется некая субстанция, что дает разумным удивительные способности. Угроза из прошлого. Далекие предки не решились ее подробно описать, оставив потомкам невнятное предание. Из витиевато составленного текста манускрипта ясно лишь одно: человек, который в определенный день окажется здесь, поможет справиться со страшной опасностью. Что угрожает этому миру? Удастся ли специально подобранной группе встретить и защитить этого человека? И сможет ли прибывший оправдать ожидания?
Голоса!..
Степной ветер принес звук, отдаленно напоминающий крик человека. Неужели в этой дикой местности все же есть люди?! Нет, померещилось. Трава и кустарник шумят на ветру и создают созвучия, интерпретируемые воображением в угоду желаний.
Седьмой день блужданий в одиночку по глухой степи, и никаких следов цивилизации. Равнина с небольшими холмами простирается до самого горизонта, и за многие пройденные километры пейзаж кардинально не изменился. Что-то не так здесь во всем. Даже растения, казалось бы, привычные, но в то же время какие-то не наши.
Как меня угораздило тут оказаться? Многое бы отдал даже за крупицу информации, способной пролить свет на происходящее. Ведь в последний день нормальной жизни все складывалось как обычно, вплоть до злополучного выезда.
* * *
В тот день меня с моим напарником Павлом Рябовым направили в городской парк. Согласно принятому телефонному звонку прямо на аллее образовалось слабое энергетическое поле. Записано было дословно — звонивший явно позаимствовал терминологию из современной киноиндустрии.
— Почему бы сразу не вызвать туда ремонтную службу? — предложил я диспетчеру. — Судя по описанию, произошло повреждение электросети.
— Место необходимо срочно оградить, — раздалось в ответ, — а позже и инженерные службы прибудут.
В парке нас ожидал тщедушный мужичок лет шестидесяти в сером засмоленном пиджачке. Время он зря не терял, энергично жестикулируя в адрес прохожих, не позволяя тем проходить посередине широкой дорожки. На деятельного гражданина все посматривали с недоумением, но никто не считал для себя проблемой немного уйти в сторону.
Аллея здесь проходила по небольшому мостику, на котором и происходило все это безобразие. Причем, со стороны могло показаться, что кроме излишне активного поведения пожилого человека, ничто другое общественный порядок не нарушает. Еще подумалось, благо место было не проходным, и прогуливающихся в это время оказалось немного. Случись подобное под вечер где-нибудь в центре парка, уже бы образовалось столпотворение, и обязательно нашлись бы любители обсудить инцидент в крайне эмоциональной манере.
— Ну, наконец-то! — начал мужичок, узнав нас по форменной одежде. — А я уже полчаса тут бессменно дежурю, всех предупреждаю, чтобы проходили осторожно, по самому краюшку. Извелся весь.
— Что здесь случилось? — с серьезным видом спросил у него мой напарник.
— Да вот, силовое поле прямо посреди аллеи, — услышали мы в ответ.
Гражданин указал на самый центр моста, где лежала перевернутая крышка от пластиковой бутылки, видимо, специально оставленная в качестве обозначения опасного места.
— Серега, это по твоей части, — произнес Паша, обращаясь ко мне. — Ты же у нас инженер…
Вообще-то я еще не имел инженерного образования, а только учился — решил после демобилизации из армии поступить в Политех заочно. Хотя для напарника факт моего обучения в вузе являлся достаточным основанием, чтобы самому поменьше вникать в проблемы, где произносятся всякие заумные фразы.
— Как вы определили, что там какое-то поле? — поинтересовался я у нашего собеседника.
— А вы приблизьтесь к крышке, и сами все поймете, — с усмешкой проговорил тот. — В том месте будто что-то держит. Только вплотную не подходите — там поле сильнее всего.
Звучало странно. Пожилому мужичку могло все это просто померещиться, поэтому я решился воспользоваться предложением, надеясь продемонстрировать всю несостоятельность его суждений.
На всякий случай к обозначенному месту стал придвигаться мелкими шажками, помня, что если мы имеем дело с пробоем электрического кабеля, то за счет разности потенциалов в двух точках, можно получить поражение током. В то же время, толстая резиновая подошва моих армейских ботинок при сухой погоде должна была свести риск к минимуму.
Расстояние до крышки постепенно сокращалось, и даже когда оставалось сделать всего один шаг, никакой аномалии не прослеживалось. Уже собрался было упрекнуть гражданина за ложный вызов, как вдруг, отрывая от поверхности ближайшую к указанному месту ногу, почувствовал небольшое сопротивление. Конечность как магнитом притягивалась в сторону крышки. Воздействие едва улавливалось. В иной ситуации даже не обратил бы на такое внимание, но сейчас решил скорее отступить.
— Паша, тут что-то есть, — признался я. — Ограждаем.
— Ага, и вас ухватило! — раздался довольный голос мужичка. — Я же говорил…
Я раскручивал канат ограждения, когда с другой стороны, где тем же занимался Паша, послышался голос пожилой женщины:
— Погоди, касатик! Позволь мне пройти.
— Нельзя, мать! Опасно для жизни! — безапелляционно заявил мой напарник.
— Передо мной же люди проходили, и ничего не случилось, — не отставала старушка. — Дай, я тоже проскочу, и тогда вешай свою веревку. Ты что же меня, бабку, в обход хочешь отправить?!
