Жоржу очень хотелось остаться, но бритье в условиях женского монастыря представлялось ему совершенно невыполнимой задачей. Он уже решил сдаться монастырским властям и позволить выгнать себя с позором из обители, не осознав еще, что это навлечет еще больший позор на его возлюбленную. Но Мария молниеносно оделась, восхитив Жоржа прекрасностью движений, сбегала на кухню и вернулась с острым ножом, которым монахини кромсали капустные кочерыжки. Это была самая ходовая пища в монастыре - одинаково полезная для здоровья и умерщвления плоти. У Марии в тюфяке было спрятано зеркальце. Монашкам не разрешалось смотреться в зеркала, но Марии очень хотелось выглядеть красивой. "Ведь когда я молюсь Богу, - рассуждала она, - он меня видит, ведь он всё видит, а я не хочу своим неприглядным видом расстроить его эстетические чувства. Ведь я - его творение и должна радовать своего творца!" Поэтому Мария всегда перед молитвой забегала в келью, вытаскивала из глубины тюфяка пудреницу, помаду и тушь для глаз, оброненные когда-то туристкой во дворе монастыря, и, глядясь в зеркальце, "приводила лицо в порядок".
Жоржу пришлось решать две противоположные задачи: выбриться как можно глаже и, не дай Бог, не порезаться. Нож был невероятно большой. Марии было страшно. Она не отрываясь следила за Жоржем и молча молилась. Но все окончилось благополучно. Нож они спрятали в тюфяке, вместе с зеркальцем, а сбритую щетину Жорж аккуратно собрал с каменного пола и выкинул за окно. Там ее подхватил ветер и унес в пространство.
С этого утра Мария и Тереза - переодетый Жорж - стали жить как муж и жена, в одной келье. Оба безумно влюбились друг в друга. И у них было, как бы сказать... ну, совсем не такая ерунда, как у Ромео и Джульетты. Когда я думаю о том,
Но порывов пока что не было. Просто потому, что для них еще не представилось случая. Вот, например, если бы Жоржа с Марией поймали инквизиторы и сказали... Но нет, я не могу расстраивать читателей, а в особенности, читательниц тем, что сказали бы инквизиторы, потому что их слова всегда приводят в расстройство. И особенно тех, кому они предназначены. Скажу только, что если бы инквизиторы предоставили Жоржу выбор, кого объявить еретиком: его или Марию, Жорж, не задумываясь, прыгнул бы в костер. И Мария сделала бы то же самое. Таким образом, оба сгорели бы. Вот какова сила этой любви. Сцену с инквизиторами, кстати, воображала себе Мария во всех подробностях, на которые только было способно ее воображение. Это происходило во время завтрака в монастырской столовой. Они сидели рядом с Жоржем и другими монахинями на скамьях вокруг длинного квадратного стола и жевали салат из капустных кочерыжек, политых кукурузным маслом. Из-за исчезновения острого ножа, кочерыжки были кое-как нарублены тупым, и Жорж с непривычки поранил десны их твердыми кромками. Со всех сторон на жующих монахинь глядели огромные портреты мучеников церкви, развешанные по стенам столовой. Эти мученики смущали Жоржа. От их взглядов мурашки ползали у него по коже на спине и кочерыжка не лезла в горло. А Мария не обращала на святых никакого внимания. Грызя привычную пищу, она воображала себя с Жоржем в плену у страшных инквизиторов.
Мало того, что их любовь была такой сильной, она была еще и взаимной. Взаимная любовь - редкая птица. Обращали ли вы внимание, что среди влюбленных парочек гораздо чаще попадаются невзаимные? Если нет - в следующий раз, когда будете где-нибудь, где их полно, например, в парке, в солнечный выходной, или вечером, когда довольная толпа валит из кинотеатра, - понаблюдайте. Не стесняйтесь заглядывать им в глаза. Вы сделаете открытие. В большинстве парочек влюблен только кто-то один. Он страстно целует, а второй делает вид, что страстно, а сам не страстно. То есть он вроде как тоже любит, но сам или сама в этом не на сто процентов уверен. Очень редко можно встретить взаимно-влюбленных. Это, кстати, легко доказать с помощью математики. Возьмем произвольных двоих из тысячи. Вероятность, что один из них влюблен в другого - одна девятьсот девяносто девятая. Соответственно, вероятность, что другой влюблен в первого - точно такая же. Таким образом, вероятность, что оба влюблены именно друг в друга - один поделить на девятьсот девяносто девять в квадрате, что составляет примерно одну десятитысячную процента. Ничтожный шанс!
