— Тьфу на тебя! Не в олове дело! Я беспокоюсь, чтобы ты приобрёл статус полноценного члена клана — тебе это ой как поможет — не забывай, в империю ты не можешь вернуться, в колонию тоже — тебе где жить-то? Думаешь, эльфы тебя будут держать, если гномы изгонят? Главы кланов эльфов ничего не решают, без глав кланов гномов! Считай, это одно целое. Один народ, только живущий по разные стороны поверхности!
— Ладно, ладно — я понял. Идём к твоему авторитету…
Мы снова зашагали к землянке, Бабакан постучал по притолоке землянки кулаком, из неё раздался густой басовитый голос и мы вошли внутрь. В землянке царил полумрак, за столом, неожиданно изящным, сделанным явно не гномами — скорее всего эльфийская работа — сидел крупный, высокий для народа гор, гном, и что-то чертил на кусках бумаги. Он ещё несколько секунд выводил линии, потом оторвался от чертежа:
— А — Бабакан, наконец-то. А это, как я понимаю, твой дружок, разваливший половину города. Что, человек, не жалко было своих убивать? — гном впился в меня острым взглядом, в котором не чувствовалось ни злобы, ни доброты — просто — вот объект изучения, букашка, что он там делает, почему ползает и тарахтит крыльями?
— Я отомстил за своих близких, убитых недобросовестным лживым человеком. Мне не жалко. Они понесли наказание по заслугам.
— Что, ты такой поборник выполнения своего слова? Да неужто? — усмехнулся гном.
— Я всегда держу своё слово — если только у меня есть возможность его сдержать. И уж точно не стал бы его нарушать ради денег. Господин Саркапад — я вам должен денег за моё спасение, я их отработаю. Правда — я мало что умею — кроме вызывания урагана, да рукопашного боя, но если вам понадобятся мои услуги — я в вашем распоряжении. Долг есть долг, и его надо платить.
— Хммм… — снова усмехнулся гном — он мне нравится, Бабакан — он понимает, что всё в этом мире чего-то стоит. Ты отработаешь, Викор, мы найдём способ возместить клану затраты на твоё лечение. Например — ты можешь пока помогать Бабакану в работе с выработками. Если ты стихийник — ты можешь не только управляться с воздухом, но и с землёй.
— Я бы рад — только не умею. Ни одного заклинания по земле не знаю.
— Ну, это поправимо — вот Бабакан тебе и поможет — он стихийник — правда только по земле. Не знал? Ну вот знай теперь… ладно, к делу — Бабакан — иди сюда, смотри. И ты Викор, не стесняйся — сюда иди, учись. Итак: выработка идёт по наклонной вдоль жилы оловянной руды….
Саркапад говорил, сыпля техническими деталями, я слушал и думал — куда меня судьба только не заносит — теперь вот гномьим рудознатцем заделаюсь…только и это не радует. Но отрабатывать долг, по совести, надо, да и мало ли где и как мне этот опыт пригодится. Я сосредоточился и заставил себя слушать невыносимо скучные объяснения горняка.
— Итак, надо найти направление, в котором ушла рудная жила. Бабакан, когда можешь приступить?
— Да ну когда…вот сейчас и приступим. Только чаю попьём, поужинаем с Викором, чтобы ничего не отвлекало от работы, и приступим — Бабакан подмигнул мне, сейчас, мол, натрескаемся от пуза.
Мне и на самом деле, хотелось поесть — всё-таки за день мы отшагали большое расстояние, и даже не пообедали в дороге. Мы прошли к столовой лагеря проходчиков — она ничем не отличалась от таких же столовых геологов на Земле — скамьи, навес над столами, повар с огромной поварёшкой…вот только скамьи были низенькими и очень крепкими — при своём малом росте гномы совсем не были задохликами, скорее наоборот.
Повар навалял нам здоровенные чашки каши — глядя на свою чашку я даже подумал — куда это в меня столько влезет — однако влезло, и скоро, отдуваясь, мы сидели за столом и пили горячий чай.
Бабакан задумчиво покрутил деревянной ложкой в кружке, потом сказал:
