Корабль, прятавшийся в тени Фобоса, выжидал. Его яркая раскраска выглядела дико посреди черноты космоса, но не было никого, кто мог её заметить. Тщательно рассчитанная траектория скрывала корабль от бесчисленного количества автоматических наблюдателей, расположившихся вокруг Марса.
На дисплеях, занимавших едва ли не треть стен тесной рубки, вёлся отсчет времени, оставшегося до наступления последнего этапа миссии.
Семь… Шесть… Пять…
Двигатели пробудились, накапливая энергию. В темноте подсвеченные багряным светом сменявшихся цифр блеснули глаза Ништера. Он шумно вдохнул прохладный воздух, шедший из корабельной вентиляции, и облизал пересохшие губы.
Четыре… Три… Два…
Втянув через трубочку воду из фляги, Ништер проверил крепление ремней, и улыбнулся. На табло загорелась цифра «один», мигнула несколько раз и тотчас же перегрузки вдавили пилота в кресло.
Корабль рванулся из тени на огромной, даже для межпланетных перелётов, скорости. Защитные станции обнаружили его, но на долю секунды позже того, как он нырнул в разряженную атмосферу Марса. Лазерный луч бессмысленно вспорол чёрную пустоту космоса. Сигнал тревоги разлетелся по остальным наблюдателям. Красная планета развернула все доступные средства наблюдения и обороны в сторону дерзкого пришельца, пытаясь предотвратить то, чего она так давно боялась.
Тем временем Ништер, сжимая ребристую рукоять джойстика, лавировал в воздушных потоках на грани допустимого. Корабль бросало из стороны в сторону, и, несмотря на идеальную для входа в атмосферу форму, сжимало давлением, грозя расплющить.
Бортовой компьютер заходился в панике, отчаянно сигналя об опасности для жизни. Ништер, на лице которого вздулись вены, шумно дышал и кривил губы в отчаянной усмешке. Влагоуловители работали на полную, всасывая пот, едва ли не тут же, как он выступал на лице пилота. Внутри было до того сухо, что Ништер ощущал себя в пустыне.
Но это ещё у него впереди.
Корабль достиг поверхности планеты и скользнул в глубокий каньон, помчавшись по нему, лавируя меж скалистых стен. Свободной рукой Ништер дотянулся до фляги. Отцепил её, заменил на запасную, а после надел на голову шлем с фильтрами. Добравшись до нужной точки, перевел управление на автоматику и дёрнул рычаг катапульты.
Люк над кабиной открылся, и пилота выкинуло в марсианское небо. Автоматически раскрылся парашют. Сильный марсианский ветер тотчас же принялся относить его в сторону. Это тоже было частью плана, но вот силу ветра Ништер не предусмотрел. Его несло слишком далеко от намеченной точки. Он посмотрел вниз — до поверхности планеты оставалось не более десяти метров.
Резким движением пилот отцепил стропы и упал.
От удара у него помутилось в глазах, а зубы противно заскрежетали. Тем не менее, в остальном приземление можно было назвать удачным. Избавившись от ремней, Ништер встал.
Улыбнувшись крепкими белыми зубами, пилот внезапно закашлялся. Фильтры ещё не заработали на полную мощь. Отпив чуть–чуть воды, Ништер прополоскал горло.
— Ништь, — пробормотал он и, сверившись с компасом, направился в нужную сторону.
Профессор Леонид Нимоев с раздражением выключил экран связи. Капитан Протковски, как обычно вёл себя нагло, беспардонно и с полной уверенностью в тупости всех остальных людей, кроме него. На этот счёт у Нимоева было абсолютно противоположное мнение.
— Всего лишь метеор! — фыркнул профессор, продолжая спор уже заочно. — Стоит ли гоняться за призраками? Мы в изоляции с тех пор, как Земля разорвала связь. С чего бы им пытаться нас захватить?
Возражения солдафона Протковски были очевидны: потому что у них есть такая возможность. Самая глупая причина из тех, которые только можно придумать.
Нимоев натянул сенсорные перчатки и принялся колдовать у экранов. Нет уж, пускай капитан сам ищет свою мнимую угрозу. У профессора есть чем заняться: сегодня он собирался наконец–то закончить проект гибрида водоросли, которая бы наполняла атмосферу кислородом в десятки раз эффективней. Марсианские купола росли куда медленней, чем население. А долго в маске не проходишь.
Едва Нимоев приступил, как раздался сигнал тревоги. За дверьми послышался топот. Кто–то постучал и несколько раз дёрнул дверь. Профессор не обратил внимание. Тех, кому нечем заняться, хватало. Не стоит отрывать учёного от работы.
Он пробежался по записям, сделанным вчера и обнаружил несколько мелких ошибок. Каждая в отдельности не была критичной, но в сумме они давали совсем не тот результат, который был необходим. Профессор поморщился и запустил руку в волосы, забыв о сенсорах на ладонях. Тотчас на экране всё замельтешило. Нимоев выругался и вернул изначальный вид.
За спиной тихо скрипнула дверь.
— Я не люблю, когда меня отрывают от работы! — крикнул профессор, не оборачиваясь.
Он перестроил молекулы и запустил процесс расчёта производительности. Тем временем некто молча прошёл и встал позади Нимоева.
— Ништь, — сказал неизвестный. — Моделлинг не очень, но решаемо.
— Да кто же это у нас такой умный? — Профессор раздраженно обернулся.
