Когда Харитон подходил к аккуратно постриженной живой изгороди, он уже и сам поверил в заранее придуманную историю, иначе нельзя — Мария ценит в людях искренность, да и Тлаа от неё уже всякого такого успел нахвататься.
На полуоткрытой калитке сидел петух и угрожающе кудахтал, давая понять визитёру, что он не вовремя и в случае чего запросто получит клювом по темечку. С петухом Марии лучше было не ссориться — всякий, кто попытался бы проигнорировать мнение пернатого сторожа, мог неожиданно для себя очнуться где-нибудь на южной оконечности острова и утратить всякий шанс когда-либо получить аудиенцию при дворе нынешней повелительницы Тлаа, как, например, братья Клити, которым однажды по старой привычке вздумалось вломиться сюда с целью грабежа и вымогательства.
Харитон, демонстрируя неподкупному стражу абсолютное смирение, присел на специально предусмотренную для таких случаев лавочку и начал ждать, пока старушенция освободится.
Документ 1
«Маруся чистила пулемёт. Это было её любимое дело, если не надо было стрелять. Стрелять она тоже любила.
— Дыру протрёшь, — сказал ей Бой Гробер. Он не любил, когда Маруся чистит пулемёт, он всё время хотел от неё внимания и женской ласки.
Но Маруся на него и не взглянула — она сама знала, когда хватит.
— Давай выпьем, — сказал Бой Гробер и достал пол-литра бренди.
— Давай, — сказала Маруся, но чистить не перестала.
Бой выпил из горла ровно половину, а остальное протянул Марусе.
— Заливай, — сказала Маруся и открыла рот.
Но в это время где-то начали стрелять.
— Кажется, у нас проблемы, — сказала Маруся и отняла у Гробера бутылку.
— Это у них проблемы, — ответил Бой Гробер, доставая из-под лавки мешок с гранатами.
Мария выпила, закусила салом и передёрнула затвор. Пока они закусывали, негры успели всех перестрелять, кто был снаружи. Марусе сразу же пришлось открыть беглый огонь. Она стояла на пороге блиндажа и даже не думала кланяться пулям. После бренди ей всё было нипочём. Двоих негров с автоматами она срезала длинной очередью, а потом стала стрелять короткими во всё, что шевелится.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказал Бой Гробер и на всякий случай кинул две гранаты в кусты. Оттуда начали вопить, но скоро перестали.
Вскоре вокруг были одни трупы.
— Из наших живые остались? — спросила Маруся.
— А хрен его знает, — ответил Гробер и взвалил на плечо связанного главаря партизан Чомбо-Чака, за которого давали полмиллиона синеньких.
— Ну и ладно — ни с кем делиться не надо, — сказала Маруся и погладила свой пулемёт».
Документ 2
Многие исследователи ошибочно полагают, что Орден Святого Причастия в отдельные периоды своей истории занимался борьбой за чистоту веры, а его руководство придерживалось ортодоксальных религиозных воззрений. Безусловно, солдаты и соглядатаи Ордена принимали деятельное участие в «охоте на ведьм» и преследовании еретиков, сотрудничая со Священным Дознанием на территории Ромейской Империи и в её колониях, но нет никаких оснований утверждать, что Орден когда-либо являлся подразделением Церкви и признавал её верховенство. По свидетельствам ромейских историков XV–XVIII веков от основания Ромы, Орден возник в период между Первой и Второй Галльской войной и первоначально представлял собой некое сообщество магов, знахарей и прорицателей, ставящее перед собой задачу противодействия ромейской экспансии. Позднее, когда влияние Ордена распространилось далеко за пределы Галлии и даже Ромейской Империи, в кругах знати и интеллигенции распространилось мнение, что эта тайная, глубоко законспирированная организация пытается установить контроль над историческими процессами с целью избежать крупных социальных катаклизмов, параллельно стремясь познать истинный смысл жизни, сущность бытия и метафизические основы мироздания, не опираясь на какие-либо догмы. Показателен тот факт, что в период «охоты на ведьм» интересы Ордена и Церкви в целом совпадали, хотя известны отдельные случаи, когда силы и влияние Ордена использовались для спасения и укрывательства еретиков. Нередко Орден также покровительствовал алхимикам и чернокнижникам, не афишируя, впрочем, такого рода «благотворительность».
Нынешнее неприятие Ордена большинством религиозных конфессий обусловлено тем, что, по мнению многих иерархов, ОСП значительную часть своих действий не соотносит с догматами Церкви и Святым Писанием.
Документ 3
