В 23:00 когда мы по идее, должны были повернуть на восток, чтобы идти к Риге, пройдя между берегом и островом Сааремаа видим на воде обломки и спасательный круг, с номером того катера что нас обогнал.
— Квадрат тот же, что в последней шифровке, готовь ракетницу. — говори Курт.
Мы ложимся в дрейф. Слышим гул самолётов. Курт пускает красную ракету в сторону обломков. С самолёта, что то сыпется. Курт пускает зелёную. Гул стихает. Мы подходим к месту “бомбёжки” на воде плавают деревянные обломки. Кидаем туда оба спасательных круга и спасжилеты. После чего берём курс на север.
— Всё девочки, Курт, Ингрид и Хелен, покоятся на дне балтики. — говорит Зайцев по русски.
— Я оружие достану. Может торпедистов поймаем, сымитируем проблемы, они подойдут и мы их постреляем. Там народу не много. Всё быстрей к своим придём. — говорю я.
— И не думай, нам же наши и влепят. Флаг пока не снимай. Нам до Ханко ещё полутора суток топать. — говорит капитан.
До Ханко мы не дошли, нам обозначили квадрат в 40 километрах от берега, строго на юг. Ложимся в дрейф и ждём буксир. Встреча назначена на 12 часов 25 августа. Мы с Ингой, так Геро зовут по настоящему лежим загораем. Костя, как теперь зовёт капитана Инга, сидит изучает карту.
Вижу идущий с юга самолёт. Ныряю в каюту и достаю из тайника пачку бронебойно-зажигательных, в Кронштадте достала. Выхожу и начинаю карабин заряжать.
— Ты чего затеяла? — спрашивает Зайцев.
— Самолёт уронить. Он по любому вокруг нас низко ходить будет. Чтобы рассмотреть, да и парней на тральщике увидеть может. — говорю я примеряясь к карабину.
— Так его простыми особо не возьмёшь. — сомневается капитан.
— У меня бронебойки с огоньком. — улыбаюсь я.
— И откуда?
— У парней на шоколад сменяла.
Самолёт прошёл над нами и снизив скорость пошёл на второй заход. Когда он пролетал над нами делаю три быстрых выстрела с правильным упреждением. Похоже попала. Двигатель чихнул и заглох. Пилот попытался набрать высоту, потом наклонил нос, видимо попытался запустить двигатель. Из носа самолёта пошёл дым, пилот выпрыгнул и сразу раскрыл парашют.
— Ходу капитан, нам шёлк нужен. — говорю я обалдевшему Зайцеву.
Мы подняли парус и устремились к месту где садился пилот. Я дозаряжаю карабин, Инга дробовик. Вот мы у места посадки. Багром цепляем купал пока он не утонул и вытягиваем, пилот болтается рядом в спасжилете. Вытаскиваем и его. Капитан быстро забирает у лётчика пистолет.
— Что, происходит? Ваша яхта же погибла. Нам вчера сообщили. Я вылетел на разведку искать русские корабли. И тут нахожу вас, правда у меня возникли проблемы с мотором. И почему вы направляете оружие на меня, я тоже немец. — частит пилот.
— Вы успели сообщить, что яхта цела? — спрашивает капитан.
— Нет, не мог рассмотреть, кто вы. — говорит озадаченный пилот.
— Ракета. — говорит Инга.
— Зелёная. Наши. — говорит капитан и пускает красную, за ней зелёную.
— Так, что же ты тут искал? — сажусь я напротив пилота.
— Русские корабли. — отвечает пилот.
— Ты на скрипки играть умеешь? — спрашиваю я резко.
— Умею, мама в детстве решила, что я музыкантом буду. — говорит он, сбитый с толку.
— Всё, можно за борт отправлять, скрипач нам не нужен. — прикалываюсь я, вспомнив фильм и предвкушая следующее событие.
— Так отставить за борт. — приказывает капитан.
— Ну можно и на нок рее повесить. — продолжаю я.
— Я гляжу в тебе пират проснулся, иди конец принимай. — ворчит Зайцев.
Тральщик подошёл и с него кричат.
— Это у вас продаётся славянский шкаф?
— Шкаф продан, осталась железная кровать с шишечками. — отвечает капитан и грозит мне кулаком.
Когда обсуждали возвращение, мне приказали придумать пароль. Ну я и придумала.
— Примите военнопленного. А то моё ПВО доморощенное, в пиратов поиграть собралась. — улыбаясь показывает на меня.
— Неужто сбила? — смотрит капитан тральщика.
— Сбила и теперь или за борт его выбросить собирается, или на рее повесить. Книжек про пиратов начиталась. — усмехается Зайцев.
— Давай приму. Эй парни примите немца. — кричит капитан тральщика.
Пилота втащили на тральщик и увели под палубу. Мы накинули трос и пошли на восток.
Мы с Ингой сидим на носу и разговариваем.
— Похоже я точно. В Кронштадте будет точно ясно. — вздыхает она.
— Костя уже знает? — спрашиваю я.
— Пока нет. И ты не говори. — смотрит она на меня просящи.
— Подготовить надо, будущего папашу. — улыбаюсь я.
Когда мы пришли в Либаву, Инга переживала по поводу месячных. Мы даже целое представление разыграли в аптеке, чтобы прокладки купить, у немцев такого нет. Только у неё задержка и похоже не от нервов.
— Капитан, если ты в Кронштадте не правильно поступишь, жди грамм 300 тола под задницу. — кричу я с носа яхты.
— Ты о чём, пират- в юбке?
— Придём узнаешь. — усмехаюсь я.
— Так, это бунт на корабле? От капитана скрывают важную информацию. Марш обе картошку чистить. — ворчит он.
— Скажи, Окорок, долго мы будем вилять, как маркитантская лодка? Клянусь громом, мне до смерти надоел капитан! Довольно ему мной командовать! — цитирую я книгу.
Инга смеётся.
— Теперь точно посажу уставу учить. — ворчит Зайцев.