Вышли мы в два ночи и до намеченных позиций добрались в к трём часам. устраиваемся и маскируемся. Витька сидит на дне воронки и вытаскивает фляжку, открывает по воронке плывёт спиртовой запах. Бью его сапогом по голени.
— Даже не вздумай, пьяный ты просто мишень. Те кто страха не ведают первыми гибнут, кто страху победить себя дал вторыми. Используй страх как оружие. — шиплю я на него.
Он закрыл фляжку и убрал.
Под утро видим смену наблюдателей и снайперов.
— Посты снайперов засёк. — доложил тихо Рома.
— Наблюдателей вижу. — доложила Наташа.
— Наблюдателей вижу. Ждём состав. Как проедут мимо работаем. — говорю я.
Вот вдали затарахтело и по узкоколейки прополз мини-бронепоезд.
— Работаем. — командую я и посылаю первую пулю в наблюдателей.
Наташа и Рома открывают огонь. В какой то момент заглянув в прицел вижу ручную лебёдку прикреплённую к дереву. Стреляю, лебёдка от попадания крупнокалиберной пули разлетается и наблюдательный пост падает с дерева. Смотрю на позиции снайперов, Рома все изрешетил. Слышим свист мин и ныряем на дно воронок. Витька сгребает меня и прижимает к себе. Между взрывов слышим как проехал бронепоезд обратно и рёв танковых дизелей. Вот вдали заработали пулемёты и танки прошли мимо нас, за ними бежала пехота. На краю воронки остановился капитан.
— Хорош обниматься, пошли немца добивать. — ухмыляется он.
Нагружею винтовку на Витьку и вылезаем из воронки. Ромка с напарником целы и тащат свой пулемёт за наступающими, Володька бинтует Наташину руку.
— Осколком задело, ничего страшного. — кричит она нам.
Мы идём догонять пехоту. Пострелять пришлось только в Никольском, там ганомаг пехоту прижал, а танкисты его достать не могли, он между домами стоял. Так там и остался. Сначала пулемётчика подстрелила, потом водителя. Пехота через речушку ворвалась в деревню танки через мосток. К ночи мы уже были в деревни Куровицы. Немцы бежали, танков у них тут было мало, в основном тройки.
Вот сижу в доме и кормлю Витьку, тот руку сломал, когда от пулемёта за дом отпрыгивал, а левой он больше теряет. Рома сидит комментирует. “Ложечку, за комбата, ложечку за комиссара”. Витька сидит красный как рак под усмешки бойцов.
— Да не дёргайся ты, я когда сломала тоже не сразу приспособилась. Потом даже с левой стрелять научилась, ты если учится будешь револьвер бери. Из пистолетов гильза может в лоб отлететь. — говорю я.
В дом входит комиссар батальона.
— Сидите. Сейчас машины за ранеными придут. С твоей подругой всё нормально. — молодцы. Думаю завтра на назначенный рубеж выйдем, хорошо начали, да и соседи не подвели. — говорит он.
К утру к нам подошли танки и мы грузимся на броню и и гоним в обход Сиверска. Выскочили мы из леса прямо на аэродром. Немцы такой наглости от нас не ожидали. С хода танки обстреляли зенитки и мы оказались на лётном поле. Провёл нас на западную окраину местный старик Тимофей Иванович. Сейчас мы с ним отстреливаем бегающих немцев, я из немецкой снайперки, мне капитан прислал, когда раненых забрали. Моя здоровая винтовка уехала вместе с Витькой. Старик подобрал винтовку мёртвого немца. Панику авиационный персонал поднял сильную. Мы даже видели как немецкая тройка свою же противотанковую пушку раздавил. Противник побежал, думаю на такое никто не рассчитывал. Сопротивления практически нет.
В результате трёхнедельного наступления войск Северо-Западного фронта, войска вышли на линию Балтийск — Луга — Шимск. И заняли оборону.
Батальон к которому я прибилась занимает позицию на реке Луга. Периодически хожу и устраиваю немцам “веселье”. Бойцы постоянно подкалывают: “Вот язва ты, Ядвига, как тебя замуж то отдать? Ты вон немцу даже до ветра спокойно сходить не даёшь.” Это они меня подкалывают после того как я какого то офицера, что в деревенский сортир зашёл подстрелила. Комбат ворчит, но доволен, немецкие наблюдатели и пулемётчики тут долго не живут. Подловила и снайпера, что против меня прислали. Я его на ползущую куклу поймала. Он выстрелил, кукла застыла. Он и наводчик встали, и упали, уже мёртвыми.
Потом разведчики их документы притащили. Бруно Стукс оказался, вроде по документам фольксдойч.
30 июня меня отзывают в Ленинград.