— Не… не надо… Киконтер сам… сейчас… выйдет… — дверь тихонько скрипнула. — Только… не пугайтесь… — и перед нами предстало нечто. Это нечто передвигалось на шести паучьих ногах, которые крепились к туловищу, которое взяли у белки и увеличили в четыре-пять раз. Две человеческие руки выделялись своей гладкой кожей, а голова принадлежала какой-то птице.
Мы инстинктивно отшатнулись, но я быстро оправился и перехватил Лиру, которая что-то пыталась сделать. Существо спряталось обратно за дверь и пролепетала что-то про то, что вечно на него так реагируют.
— Тише, — я взглянул на Лиру. — Не пугай его. Что же ты такое? Ну или кто… — протянул я в нерешительности.
— Отпусти меня Кир, если его сейчас не уничтожить… — существо прервало Лиру жалобными всхлипами.
— Не пугай ты его. Он же тебе ничего не сделал, вообще ничего, — всхлипы потихоньку стихли, и птичья голова высунулась, чтобы посмотреть на меня. Конечно, меня немного коробило от сочетания частей тела, этой… химеры, но, в целом, это было не так ужасно.
— Но это же гомункул! — указала Лира на существо, которое снова отпрянуло за дверь.
— Я вижу и что? — непонимающе я уставился на Лиру. Она уставилась на меня, как будто я сейчас разделся и сплясал. Внезапное озарение проявилось так ярко на ее лице, что не заметить этого было невозможно.
— Точно, ты же… Ну да, откуда тебе знать. Ковен двести лет назад запретил создание любого вида гомункулов. Эти создания противоречат самой сути естества и все особи, что были созданы на тот момент, были не обучаемы и очень агрессивными, — тут она запнулась и взглянула на дверь.
— Я уже вижу две большие нестыковки твоего заявления с действительностью. Ну-ка, выходи. Обещаю, что тебя никто не обидит, ну, только если то, что сказала моя подруга, не правда, — Мне пришлось присесть на корточки, чтобы быть на одном уровне с химерой.
— Ваша… подруга… в какой-то степени права. Но это не про Киконтера! — последнюю часть своей фразы он выпалил очень быстро.
— Киконтер? Это твое имя? — гомункул испуганно кивнул в ответ на мой вопрос. — Ну, приятно познакомится, меня зовут Кир, а это — Лира. Расскажешь нам свою историю и что ты делал на территории дома Салима Нор Кара?
Киконтер пустился в не очень длинный рассказ о своей жизни. Оказывается, в подвале была скрытая часть, в которой располагалось еще одна лаборатория. Как раз для проведения не совсем легальных опытов. Прошлый владелец этого поместья занимался подобным больше для интереса, чем ради злых умыслов, но в какой-то момент Салим прознал про это, так как этот маг был другом Салима. Но Салим не стал разрушать его лабораторию или как-либо ограничивать своего друга, но помещения все равно осмотрел. Там и нашелся Киконтер.
Салим тоже был ошарашен видом гомункула, но, оказалось, что все составные части были специально выращены при помощи магии. Салим специально перепроверил эти факты, и они оказались правдой. Самым удивительным фактом, что поставил члена Ковена в тупик, была миролюбивость и пугливость гомункула.
Уникальность этого случая очень привлекла его, поэтому он начала помогать Киконтеру и обучать его всяким обычным вещам. Конечно, втайне почти ото всех, чтобы его друг не пострадал.
Однажды случилось несчастье. Проводя какой-то из опытов, друг Салима совершил ужасную ошибку, что привела к смертельному исходу. Салим выкупил имение у наследников и продолжил обучать гомункула, но даже искусственное существо видело, что все здание давило на Салима грузом воспоминаний. Салим чуть ли не ненавидел это здание, но потом просто его забросил, напоследок только попытался перевезти Киконтера в дом на Катуне. Сам гомункул вежливо отказался и заявил, что будет присматривать за домом, но Салим сказал, что дом он запечатает и наставит ловушек для воров. Так Киконтер и начал жить в пристройке в полном одиночестве.
Видно было, что Лира мечется от недоверия к рассказу до желания обнять и посочувствовать Киконтеру. Я склонялся к версии, что рассказ его правда. Мара опять разрывалась негодованием, что Салим не оставил ей никаких данных об этом. Осмотрев пристройку, действительно обнаружилось небольшое убежище Киконтера под крышей, и было видно, что оно здесь не первый год.
В итоге Лира согласилась, что Киконтер уникальный случай, и его не надо ни запирать, ни уничтожать, но с Кайраной надо переговорить. Потом нам пришлось рассказывать Киконтеру, что случилось с Салимом, и то, что теперь я владелец дома. Пока пришлось умолчать про детали, связанные с моей историей, потому что неизвестно, проболтается он кому-либо или нет.
Он молча уставился на меня, потом кивнул своей птичьей головой и спросил, что я собираюсь делать с домом.
— Я хочу нанять прислугу, чтобы та ухаживала за домом, пока я буду обучаться в Университете. Съезжать из общежития мне не особо хочется, но и бросать этот дом на произвол судьбы тоже неохота, — ответил я ему.
