Я пришла в себя в каком-то тёмном сыром помещении. Единственным источником освещения здесь было маленькое решётчатое окно, которое находилось так высоко, что даже взрослому человеку до него было не дотянуться. Я встала с холодного пола, сделала шаг и почувствовала, что меня что-то держит. Я посмотрела вниз и увидела, что к моей ноге была прикреплена цепь, около метра длинной.
«Что случилось?! Почему я здесь?! Где мама?! Где отец?!» — в панике думала я.
— Эй, есть тут кто-нибудь?! — закричала я. — Выпустите меня отсюда!
Сначала ничего не происходило, а потом за дверью послышались чьи-то шаги. Дверь открылась, а на пороге стоял мой отец.
— Отец, что происходит? Почему я нахожусь в какой-то темнице, на цепи?! Мама не позволит такого обращения со мной! Даже тебе!
— Мама не позволит? — переспросил Деланье. — Да у тебя теперь нет никакого права, вообще, говорить о ней, чудовище! Ты же сама её убила! Пробила грудную клетку насквозь! Правда, оружие, которым ты это сделала, мы так и не нашли.
— Что ты говоришь, отец?! — я с ужасом смотрела на мужчину. — Я… я не убивала маму!
— Будешь теперь притворяться, что ничего не помнишь? Не получится! Служанка нашла тебя рядом с телом Ребекки, всю в крови! И кроме того… кроме того, у тебя глаза демона! Смотри сама! Специально, чтобы показать тебе, принёс, — он достал из кармана пиджака, в котором он был, зеркало и чуть ли не швырнул его мне. — Кстати, от ран, от осколков окна, на твоей коже не осталось и следа! У тебя все порезы от стёкол зажили за секунды!
Я посмотрела на своё отражение и не поверила своим глазам. Точнее, я не верила, что в зеркале отражались именно мои глаза! Не может же такого быть, чтобы они были красного цвета, с вертикальными зрачками! Не может! У людей таких глаз не бывает!
— И что ты на это скажешь, тварь?! — продолжал мужчина. — Признавайся, каким образом ты убила свою родную мать?!
— Я её не убивала! — крикнула я.
В этот момент в моём сознании вспыхнули картины произошедшего. Вот, мама мне говорит о том, что отдала мою душу демону. Вот, я ей что-то отвечаю, а затем, неожиданно, у меня появляется какой-то чёрный меч, и я пронзаю свою маму им насквозь…
— Нет… Нет! Нет! Это — ложь! Такого не могло произойти! Не могло! Папа… отец, скажи, что это — ложь! — просила я.
