— Она-то об этом знает?
— Знает, и я ей сегодня надену браслет на руку.
— Если я узнаю о том, что Ранита дала согласие по принуждению, — голосом Мирослава можно было металл резать.
— Я люблю ее, — заявил Герман.
— Если Ранита согласится, то пусть готовится к церемонии, — поспешила сказать пока мужчины не стали выяснять отношения. — Мирослав, твоя сестра уже достигла того возраста когда можно выбирать себе пару и к тому же подумай об альтернативе.
— Я с ней все равно поговорю.
— Конечно же, поговоришь, а заодно и с моим отцом.
— С твоим отцом? — Мирослав наконец-то переключил внимание с Германа на меня.
— Он совсем недавно узнал о моем существовании. Поехали ко мне домой, я тебя с ним познакомлю, и мы все вместе отпразднуем в тесном семейном кругу такое событие. У тебя рабочий день во сколько заканчивается?
— Я уже переработал, так что полностью перехожу в твое распоряжение. — Воспользовавшись моментом, Мирослав склонился и поцеловал мои губы.
— Поздравляем.
— Поздравляем, — посыпалось со всех сторон.
— Все кто меня слышит, — а для того чтобы меня действительно услышали все кто здесь присутствовал, пришлось повысить голос. — Вы приглашены в следующую субботу в "Золотой дракон" и не забудьте прихватить с собой свою пару, разумеется те, у кого таковая имеется.
Послышались крики одобрения и заверения, что все непременно придут. Поняв, что из кабинета никого не выгнать, решила покинуть его первой. Расчет оказался правильным. Вслед за мной из кабинета вышел Мирослав, потом Герман и Нэйтон, за которым потянулись и все остальные.
— Элла, признаю, что вы оказались правы, — пока освобождался кабинет, ко мне подошел охранник, тот самый который не хотел меня впускать, — но согласитесь, от такого воровства у нас никто не застрахован.
— Согласна, — тепло улыбнулась мужчине.
— Вы заставили меня понервничать, я уже и не помню, когда в последний раз так волновался.
— Все, пойдем, — Мирослав потянул меня за руку, переплетя свои пальцы с моими.
— Элла, я тебе еще нужен? — спросил у меня Герман, когда мы вышли на улицу.
— Нет, но я желаю получить копию того что ты сегодня отснял.
— Обещаю подарить тебе ее в следующую субботу, после обряда единения. Так что придется недельку подождать, — коварно улыбаясь, Герман махнул рукой проезжающему мимо такси.
— Ты на машине? — спросила у Мирослава.
— Да, вон она, — указал он, направляясь к своему транспортному средству. — Нэйтон, а ты куда?
— Он с нами, у него есть для тебя кое-какая важная информация.
— А подождать эта информация никак не может? — Мирославу не терпелось остаться со мной наедине.
— Я вас надолго не задержу, к тому же я у Элеоноры кое-что оставил, — сообщил Нэйтон, давая понять, что теперь Мирославу от него не отделаться.
— Элла, а ты можешь мне объяснить, что Нэйтон делал в твоей квартире? Зачем ты его к себе пригласила?
— Да я его и не приглашала, он сам ко мне заявился.
— И что он у тебя забыл? — Мирослав напрягся, глядя на Нэйтона цепким, колючим взглядом.
— Садись в машину, у меня дома поговорим, так как улица не самое подходящее для этого место, — указала на тех кто наблюдал за нами.
Однако Мирослав не сдвинулся с места, так что пришлось подтолкнуть его к машине, сев в которую, он вопреки моим ожиданиям, не поехал, а переместился к моему подъезду.
— Мне не терпится узнать подробности, — заявил он мне, выходя из машины.
— Мне кстати тоже, хотелось бы узнать о твоей магической метке.
— Я тебе чуть позже о ней расскажу.
— Хорошо, — не стала настаивать, заходя в подъезд.
— Ну и? Я жду объяснений, — Мирослав развернулся к Нэйтону, как только мы переступили порог моей квартиры.
— Мирослав познакомься, это мой отец, — я указала на Нэйтона и пожалела, что не взяла у Германа камеру, надо было запечатлеть, как у Мирослава от удивления вытягивается лицо.
— Элеонора, о чьем отце идет речь? — теперь уже у меня от удивления лицо вытянулось, я никак не ожидала, что мама окажется дома. — Нэйтон?
Мама побледнев пошатнулась.
— Оливия, тебе лучше присесть, — Нэйтон среагировал быстрее нас всех и, подхватив маму под локоток, повел ее в комнату.
— Мам ты же говорила мне, что вернешься не раньше чем через месяц, — я следом за мамой и Нэйтоном направилась в комнату.
— Элеонора, у тебя совесть есть? — развернувшись, мама встала напротив меня. — Ты не отвечала на звонки. Последнее время я тебе как не позвоню, у тебя телефон постоянно отключен. Ты знаешь, что я себе напридумывала пока на Миорин летела? Я же тебя уже похоронить успела.
— Мама прости, — обняв мать, уткнулась ей носом в плечо. — Тут столько всего произошло, что про телефон я совершенно забыла.
— И как давно ты стала на память жаловаться? Раньше я за тобой такого не замечала.
— Мамочка все когда-то происходит впервые, — перестав обнимать мать, выпрямилась. — Мам познакомься, это Мирослав, Мирослав это моя мама Оливия.
— Очень приятно. И пользуясь случаем, разрешите пригласить вас на наш с Элеонорой обряд единения, который состоится в следующую субботу в "Золотом драконе".
