Она успела увидеть, как мужчины садятся в черный внедорожник, как автомобиль, набирая скорость, мчится в ее сторону, и успела спрятаться за ящиком с мусором до того, как внедорожник приблизился. Когда машина пронеслась мимо, Пайн успела заметить пассажира на заднем сиденье и узнала в нем Линдси Аксильрод. На лице у нее красовался здоровенный синяк, появившийся после удара Этли, а еще она придерживала окровавленную руку.
Они нашли и освободили ее.
Внедорожник проскочил мимо и скрылся из виду.
Через тридцать секунд Пайн снова спряталась за мусорным контейнером, когда мимо пронеслись полицейские машины, которые остановились перед пляжным домиком Винченцо. Этли рысцой побежала в том же направлении, затем свернула на парковку, села в свою машину и выехала на дорогу. Она не стала включать фары и увеличивать скорость, пока не оказалась в двух кварталах от пляжа.
Посмотрела на себя и увидела кровь Винченцо. Все произошло так быстро… Она разбирала коробки на чердаке…
Пайн подъехала к круглосуточному магазинчику и остановилась на парковке. Затем вынула из кармана фотографию, отметив про себя, что у нее дрожит рука. Включила свет в машине и перевернула снимок.
Сначала ее взгляд остановился на надписи, сделанной на белой рамке фотографии. «Лен, Ванда и Бекки. Июль 1999 года».
Потом медленно, миллиметр за миллиметром Пайн стала поднимать глаза. Она дрожала так, словно ужасно замерзла, и задыхалась.
Наконец ее взгляд остановился. Перед трейлером на шлакоблоках сидели три человека.
Мужчина среднего роста, заросший щетиной и лысый, в джинсах и футболке, держал в пальцах сигарету и улыбался в камеру. Женщина постарше была полной и невысокой, в обрезанных джинсовых шортах и блузке без рукавов, и не улыбалась. Она вообще не походила на человека, который когда-нибудь улыбается.
Рядом с ней стояла девушка, выше них обоих. Этли прикинула, что ее рост составлял почти шесть футов. В старомодном хлопчатобумажном платье в клетку, ниже колен, босая, грязные волосы торчат в разные стороны, кожа в струпьях. Она не смотрела в камеру – взгляд опущен в землю, плечи поникли, а тело выглядело неуклюжим, каким-то скрученным; возможно, она испытывала боль – Пайн не могла определить. И хотя Этли не удалось рассмотреть ее лицо, она ни на мгновение не усомнилась, что видит перед собой сестру. Прежде всего рост и волосы. Когда-то красивые, мать расчесывала их почти с религиозным рвением… Этли, носившая мальчишескую прическу, хихикала, а Мерси это нравилось.
А теперь…
Пайн тихо заплакала. Она опустила лоб на руль, и ее тело начало содрогаться от рыданий.
Стук в окно заставил ее поднять голову и вытереть слезы, рука метнулась к «глоку».
На нее смотрел старик в бейсболке. В руке он держал пластиковый пакет с покупками, которые, вероятно, сделал в магазине. Пайн нажала на кнопку и опустила стекло.
– С вами все в порядке, мэм? – с тревогой спросил старик.
Она кивнула, откашлялась и стерла слезы.
– Да, просто… я узнала плохие новости.
– Что ж, искренне сожалею. Может быть, нужно позвонить кому-то из ваших близких? – предложил он. – Могу я для вас что-нибудь сделать?
– Нет, со мной все будет в порядке. И спасибо за сочувствие.
Старик коснулся ее руки.
– Жизнь иногда подает очень трудные мячи, не так ли? Я потерял жену полгода назад. Хотя всегда считал, что уйду первым…
– Сочувствую вашей утрате.
– Ну а я искренне сочувствую вашему горю. Если это вам поможет, знайте: время лечит. И выясняется, что есть люди, готовые вас поддержать. – Он показал ей сумку. – Меня навестили сын и внук. Я сказал им, что здесь продают лучшие во всем Нью-Джерси хот-доги, жаренные на решетке. И они очень хотят их попробовать. Я счастлив, что сегодня вечером буду не один.
– Благодарю вас; надеюсь, они получат удовольствие от хот-догов.
Старик ободряюще ей улыбнулся, отошел, сел в старый грузовичок-пикап и медленно уехал.
Пайн вытерла глаза и врубила первую передачу.
Она посмотрела на фотографию, на свою любимую сестру, глядевшую в землю и оказавшуюся в западне чужой жизни.
– Я обязательно тебя найду, Мерси. Твоя сестричка придет к тебе. Я обещаю.
Никакого ответа.
Пайн мчалась на север. По пути она четырежды звонила Кэрол, но не получила ответа; сразу включалась голосовая почта, словно телефон Кэрол не работал. Затем она попытался поговорить с Робертом Пуллером – с тем же результатом.
В панике Этли позвонила Джону Пуллеру. И облегченно вздохнула, когда он взял трубку.
– Этли?
– Извини, что пришлось тебя побеспокоить, но я не могу дозвониться ни до Кэрол, ни до твоего брата. У них сразу включается голосовая почта.
– Кэрол прислала мне сообщение. Сказала, что она следит за Горманом и Франклин.
– Все правильно.
– Я рассказал об этом Бобби. Он собирался добыть на них какую-нибудь информацию.
– Возможно, они с Кэрол каким-то образом оказались вместе?
