Джексон обратился в международный трибунал с меморандумом, в котором писал: «Общественные интересы, которые превышают всякие личные соображения, требуют, чтобы Крупп фон Болен не был освобожден от суда, если только кто-либо другой, представляющий интересы Круппа в военной промышленности, не будет его заменять». Густав Крупп, подчеркивал Джексон, отдал свое имя, престиж, крупную сумму денег, чтобы «привести к власти нацистскую партию в немецком государстве с откровенной программой возобновления войны». Его влияние в осуществлении нацистского плана развязывания агрессивной войны в Европе было очень велико. В своих выступлениях Крупп одобрял аннексию Австрии, нацистскую оккупацию Судет, высказался за захват Польши.
В меморандуме Джексона отмечалось, что оба Круппа — Густав и Альфред — использовали к сентябрю 1944 года принудительный труд 54 990 иностранных рабочих и 18 902 военнопленных, которые недоедали и подвергались нечеловеческому обращению, а прибыли пушечных королей баснословно росли: на 30 сентября 1941 года, например, чистый доход составил свыше 111,5 миллиона марок.
Предложение Джексона сводилось к тому, чтобы вместо Густава Круппа судили его сына Альфреда: «Интересы правосудия не будут соблюдены, если не принять во внимание интересы людей четырех поколений, чьи жизни были отняты оружием Круппа или же находились под его угрозой, а также интересов народов будущего, которые не могут чувствовать себя в безопасности, если Крупп и ему подобные не будут осуждены на таком процессе».
Британский главный обвинитель Хартли Шоукросс представил свой меморандум. Он долго ходил вокруг да около, но все же можно было понять, что английская сторона предлагает Густава Круппа судить заочно, а о предании суду (вместо Густава) Круппа-младшего Шоукросс вообще умолчал. Было очевидно, что англичане имели какие-то свои особые интересы в отношении интернированного ими Альфреда Круппа.
Французская делегация полностью присоединилась к предложению Джексона: «Мы хотим судить сына, суд над Круппом-отцом невозможен».
Советское обвинение возражало против предложений о замене одного подсудимого другим — отца сыном. Соображения следующие:
1. Было принято согласованное решение государств — учредителей Международного военного трибунала, что на первом судебном процессе главных военных преступников будут судить 24 правителей Третьего рейха, в том числе Густава Круппа.
2. После окончания первого процесса намечался процесс преступных руководителей военной промышленности. Альфреда Круппа — офицера СС с 1933 года, занимавшего семь высоких постов в имперской и партийной иерархии, которые давали ему право доступа к Гитлеру в любое время, должны были судить на этом процессе.
3. Были серьезные основания опасаться, что расширение круга подсудимых может повлечь задержку начала первого процесса или даже его срыв.
Были высказаны и некоторые другие соображения. Рассмотрев меморандумы главных обвинителей, трибунал принял два решения. Первое — в отношении Густава Круппа — сказано ранее. Что касается Альфреда Круппа, то трибунал решил: ходатайство о привлечении его в качестве обвиняемого отклонить.
Представляет помощник главного обвинителя от СССР Л. Н. Смирнов
День за днем продолжается обстоятельная терпеливая работа Международного военного трибунала. Многие стороны преступлений фашистских извергов уже исследованы и доказаны. Но вот начинает выступление советский обвинитель полковник Л. Н. Смирнов. Оно длится четыре дня, материалы обвинения занимают более 300 машинописных страниц. Заговорили тысячи «немых свидетелей» — документы нацистского рейха, которые были подписаны сидевшими на скамье подсудимыми. Каждая строка — страдания и горе сотен тысяч женщин, детей, стариков. Каждая страница — сотни тысяч невинных жертв. Каждая глава — кладбище.
Много времени на процессе было уделено документальным доказательствам злодеяний, которые в Нюрнберге называли «геноцидом».
Выступление помощника главного обвинителя от СССР полковника Л. Н. Смирнова
Господа судьи!
Моя задача состоит в том, чтобы предъявить вам письменные документы и иные судебные доказательства, свидетельствующие о совершении гитлеровскими заговорщиками тягчайших преступлений в отношении мирного населения временно оккупированных районов Советского Союза, Югославии, Польши и Чехословакии.
Количество подобных доказательств, находящихся в распоряжении советского обвинения, необычайно велико...
