Один из самых важных "холокостных" процессов, прошедших после Нюрнберга, был "освенцимский" суд во Франкфурте в 1963–1965 гг. над 22 бывшими членами СС из Освенцима. Затянувшееся судебное дело широко освещалось во всем мире и приняло характер показного процесса.107 Определение виновности или невиновности обвиняемых было "чрезвычайно затруднительным", заявил судья в своем приговоре, в силу неубедительности свидетельств. "У нас нет никаких неоспоримых свидетельств отдельных убийств. У нас есть только показания очевидцев". Судья признал, что "возможности проверки заявлений очевидцев были очень ограниченны". Судья далее подчеркнул "эту слабость показаний очевидцев", цитирую дело служащего в Бухенвальде, осужденного за убийство заключенного, который позднее оказался живым. 108 Эта двусмысленность ситуации ярко проявилась во время суда, когда бывший заключенный Рудольф Кауэр (Rudolf Kauer) неожиданно отказался от своих прежних заявлений в отношении своих бывших хозяев из СС. На предварительном допросе он утверждал, что видел, как подсудимый Вильгельм Богер (Wilhelm Boger) зверски избивал хлыстом раздетую донага польскую женщину, распоров ей одну грудь и залив кровью полкомнаты. Когда в суде его попросили повторить заявление, Кауэр признал: "Я лгал об этом. Это был просто слух, ходивший по лагерю. Я никогда этого не видел." Он также признал, что другое его утверждение о том, что Богер размозжил череп младенца о ствол дерева, также было лживым. Кауэр сказал суду, что хотя Богера и не любили, он в действительности был справедливый эсэсовец. Другой подсудимый, Клаус Дилевски (Klaus Dylewski), которого Кауэр ранее назвал "одним из самых худших убийц" в Освенциме, в действительности был "безобидным". Кауэр сказал, что все его обвинения на предварительном допросе были ложью, при этом спокойно добавив: "Вы можете наказать меня, если хотите. Я к этому привычен". После того как председательствующий судья сделал ему несколько предупреждений за его отказ от ранее сделанных заявлений, Кауэр ответил: "Не будем терять больше слов. Это не стоит этого. То, что я сейчас говорю, является правдой".109 Бывший адъютант в лагере Освенцим и капитан СС Роберт Мулка (Robert Mulka), главный обвиняемый на суде, был объявлен виновным в участии в массовых убийствах и приговорен к 14 годам каторжных работ, приговор, который показался многим посторонним наблюдателям возмутительно мягким. Но менее, чем четыре месяца спустя, Мулка без лишнего шума был выпущен на свободу. Такой исход мог показаться удивительным только тем, кто не был знаком с природой подобных судебных процессов. 110
<p><strong>Заключение</strong></p>Очень немногие из тех, кто любят ссылаться на "свидетельства в Нюрнберге" как доказательство холокостной истории истребления, знакомы с реальной подоплекой этих "свидетельств" или характером этого судебного процесса. При более тщательном изучении, документация или судебные свидетельства немецкой политики по истреблению евреев Европы оказываются совершенно неубедительными. Как мы видели, представленные свидетельства состоят главным образом из признаний, полученных под пыткой, ложных показаний и мошеннических документов. Послевоенный Нюрнбергский процесс был политически мотивированным предприятием, главной целью которого была дискредитация руководителей потерпевшего поражение режима, а не установление истины. Нам не нужны судебные процессы или "признания", чтобы доказать, что Катыньские убийства или послевоенные депортации немцев из восточной и центральной Европы действительно имели место. Холокостная же теория утверждает не об отдельных изолированных убийствах, а об обширной программе истребления, осуществлявшейся на европейском континенте на протяжении трех лет с участием нескольких государств и миллионов людей. Тот факт, что холокостной теории приходится опираться в основном на чрезвычайно сомнительные свидетельства и судебные процессы, проведенные в исторически беспрецедентной атмосфере истерии, запугивания и пропаганды, показывает ее внутреннюю несостоятельность.
<p><strong>Сноски</strong></p>1. Office of the United States Chief of Counsel for the Prosecution of Axis Criminality, Nazi Conspiracy and Aggression (11 vols.), Washington, DC: U. S. Govt., 1946–1948. (The "red series.") / NC&A, Vol. 1, pp. 134–135.
2. International Military Tribunal, Trial of the Major War Criminals Before the International Military Tribunal. 42 vols. Nuremberg: 1947–1949. (The "blue series.") / IMT, vol. 19, p. 501.
