Нижние Колокольца Миллениум полностью

Две тысячи сто тридцать второй год, планета Земля бьется в последних конвульсиях, пытаясь сбросить с себя паразитирующий человеческий пласт. Но, в целом, люди – создания вежливые и скромные, понимают, когда им не рады и когда стоит уйти, оставив хозяина застолья в покое. Поэтому уже десятки лет идет программа по колонизации других планет, с последующем на них паразитированием. И вот последний отряд колонизаторов идет к своему шаттлу, доковыривая, прямо по дороге, полезные ископаемые,– не оставлять же тут драг. металлы, вдруг их козел горный потопчет или, того хуже, медведь ссосёт. Вот отчалили и они, на Земле наступила полнейшая тишина, только изредка было слышно, как в каком-то лесу посасывает кусок платины медведь.

Но обратим мы внимание не на последнюю капсулу с людьми, а на отправленную гораздо раньше, в самом начале колонизаторской деятельности. Направлялась она к потенциально безгуманойдной планете с благоприятной средой, почти один в один, как у нас на родине, только подсолнухи здесь почему-то не приживались. Колония была основана в кротчайшие сроки, только вот почему-то это была не футуристичная космическая база, с невероятным уровнем технологий, а обычное деревенское поселение, на десяток домов, с собственной школой, натуральным хозяйством и даже трактористом алкоголиком. Никто не берется судить, что стало с великими умами во время полёта на чужую планету, но факт остается фактом: данная миссия не смогла послать обратный сигнал об успешной колонизации и поэтому считалась полностью проваленной и практически забытой.

Также оказалось, что планета была вполне живая и населена очень мирным гуманоидным народом, которые до того уже просветились в своем бытие, что даже не имеют желания покупать новые смартфоны. Поначалу инопланетяне не показывались людям, а только наблюдали, как те высадились, начали строить дома, поперебили всех животных в округе, животные, испугавшись последующих побоев, решили, что лучше одомашниться один раз побитыми, чем получать тумаки каждый третий день за свой дикий нрав. Вот только хозяйство вести и еду добывать колонизаторы толком не умели, поэтому коллективно было решено потихоньку дряхлеть, слабеть и винить во всём судьбу. В этот самый момент коренное население планеты решило протянуть руку помощи бедствующим, даже скорее не руку, а пару кубов провианта. Колонизаторы, конечно же, сочли это за взятку от местных аборигенов в обмен на их жизни. Вскоре снабжение от гуманойдов вошло в систему, а в поселении даже выделили специального человека, чтобы тот своим дряхлением сигнализировал о времени оплаты дани.

Неполный список жителей колонии:

1) 

Ури Голденштейн, Эрмелида Фон Фейрбах – дом № 30

2) 

Антонина Андреевна Григорьева-Апполонова13 – дом № 1

3) 

Джеки-Чак Жан-Клодович Наыбайло – палатка № б/н

4) 

Лучиано Араджян, Голди Араджян – дом № 7

5) 

Паулина Раздвиногова – дом № 5

6) 

Мэйтата Твумаси и Аджуога Твумаси – дом № 2

7) 

Вячеслав Бодолика – дом № 2

8) 

Душный Голос – дом №10

Планета Kepler-452b, деревня «Нижние Колокольца Миллениум», дом №.30

В нём проживала семья Ури Фон Фейрбаха, который носил фамилию жены и Эрмелинды Голденштейн, которая носила фамилию мужа. Ури служил освоителем бюджета в правительстве поселения, а жена его неплохо топила печь.

Проснувшись с первыми лучами солнца, Ури потянулся, нашарил под кроватью свои очки и принялся смотреть с любовью на свою спящую жену. Так прошло полминуты, нежностям нужно знать меру. «Делу время, потехе час!» – сказал он и принялся одеваться. Стоит заметить, что в деревне он считался очень умным человеком именно за то, что говорил крылатыми фразами и красивыми изречениями.

Натянув поверх трусов и майки твидовые брюки и шерстяную кофту, выбрал часы подешевле, раскатал на ногах носки, заботливо скрученные прошлым вечером до самых пальцев. «Сокровище мое, пора вставать и готовить мне завтрак, не могу же я сам этим заниматься, газеты сами себя не прочитают!» – шептал Ури, аккуратно покачивая супругу за плечо.

Эрмелинда была аристократично бледна, изящна, любое её движение было столь плавным, что даже если поставить стакан с водой ей на голову и отправить бежать галопом по виноградникам, не прольется ни капли. Проблемы быта и обычные мирские дела для неё словно не существовали. Проснулась она очень легко, за окном запоздало защебетали ранние пташки. Будучи возвышенной натурой, вставала она, лишь под пение птиц, ложилась под топот бобров, а садилась обедать под звуки струи от дойки соседской козы. Завтрак будто бы готовился самостоятельно под нежным взором Эрмилинды

«Корнеплоды и пророщенная пшеница, прошу завтракать!» – сказала хозяйка, накрывая на стол.