– Вы сука сговорились что ли… – Рэк медленно приблизил острие свинокола к плюшевой спинке поразительной игрушки.
– Стой! Все! Смотри – я тут. Я сдаюсь. Да? Отдайте мишку. И я не буду мстить.
– Да я и тебе и ему жопы вспорю! Сучий мишка! Сучий призм!
– Злость – не лучшая из эмоций, малыш. Как тебя зовут? – ласково спросил плюшевый мишка.
– Рэк… – моргнул орк.
– Не имя, а дерьма вербальный кусок. Жалкий ты ушлепок, Рэк. Сосать тебе.
Застрекотал призм, медленно опускаясь в траву.
– Замри! – рявкнул я, останавливая успевшего побелеть Рэка – Обалдел нахрен? С мишкой плюшевым посрался?!
– Он! Да он! Командир!
– Замри! – повторил я – Когда скажу – отхерачишь голову этому плюшевому дерьму.
– С радостью! – выдохнул орк.
– Не будем торопиться, друзья – выставил перед собой рукава чужак под деревом – Слушайте… я тут погорячился недавно. Но поймите и меня – я призм. Мне простительно, верно? Ведь я измененный. Понимаете? Отсюда злоба. А тут еще этот кузнечик идет и печеньками хрустит.
– Бисквитами – поправил его Хван.
– Бисквитами хрустит – подтвердила Джоранн – И сам ты гребаный кузнечик, дерьма кусок.
– Джоранн! – ожила Нанна.
– Оди – ткнул я себя пальцем в грудь – Ты кем будешь?
– Отдайте мишку…
– Я буду звать тебя лесным хренососом владеющим мишкой с разодранной жопой – задумчиво сказал я – Да… неплохо звучит…
– Зови меня Стивом! – предложил чужак.
– Стащи с башки капюшон. Подойди ближе – приказал я.
– Послушай…
– Еще одно возражение – и я ухерачу тебя. А Рэк ухерачит твоего странного мишку.
Чужак рывком сдернул капюшон.
На нас смотрело фыркающее рыло…
– Ты че за херня с ушами? – не скрывая удивления, спросил я, глядя на густой темный мех, блестящие пуговки глаз, нервно дергающийся влажный нос, желтые клыки и пару испуганно прижатых ушей.
– Не убивай! – тявкнул незнакомец со звериной харей – Мишке жопу не рви! Поговорим!
Рот больше похож на пасть. Но все же это именно рот, хотя и жестоко деформированный. Между клыков мелькает мясистый желтоватый язык. Стекают струйки слюны на старый плащ.
– Почему не ожидал выстрела при первой встрече? – спросил я мирно, цепко оглядываясь.
– Здесь он редкость. Большая редкость. А ты хитрый. Игстрел замотал тряпьем.
– Ты один?
– Нет! Нас много!
– Ложь – усмехнулся я – Ты один, верно?
Звериная харя с грустью опустилась. Неловко дернувшись, призм по-звериному взвизгнул от боли.
– Сними плащ – приказал я и отошел чуть в сторону, снова огляделся.
Вдруг он все же тут не один…
– Эй! Эй! Зачем?! – задергался призм в старом плаще.
– Сними гребаный плащ! – рявкнул я.
И призм с сокрушенным вздохом дернул за лацкан. Вместо пуговиц пять широких липучек, что легко поддались. Плащ упал на землю. А под плащом меховая натура и просторные синие трусы. Торс похож на человеческий. Да и таз с ногами тоже, хотя ноги выделяются невероятной мускулатурой заметной даже сквозь шерсть. Плечи… плечи широченные, костистые. С них как бечевки свисают тонкие волосатые лапы с когтистыми ладонями. Толстая шея. Небольшая голова со звериной мордой.
– Ты кто? – спросил я все тем же тоном.
– Призм – развел лапами меховой уродец.
– А точнее?
– Да мне откуда знать?! Отдайте мишку… и… и…
– И? – приподнял я бровь.
– Не убивайте – чуть ли не застенчиво протявкал придурок в синих трусах.
– А шерсть в жопу не залазит? – поинтересовался Рэк – А когда садишься поср…
– Да пошел ты! Я почище тебя буду! – зарычал мохнатый Стив.
– Отдай ему сраного медведя – сказал я – А ты… натягивай свой плащ обратно.
– Спасибо. Вы учтите – я не нападал. Только кричал.
– Поэтому ты и жив еще – кивнул я – Выпьешь?
– Чего?
– Самогона с компотом.
– Да кто ж откажется?
– Заодно и прогуляемся – подытожил я – Рэк! Отдай ему сраного мишку!
– Этот гребаный мишка… – дрожащая лапа Рэка с огромным трудом вытянулась, протягивая медведя хозяину – Дерьмо…
– Ай-ай-ай – ожил на его ладони вишневый мишка – Снова плохие слова! Сос…
Поспешно сграбастав говорящее имущество, Стив пихнул его себе подмышку и прижал лапу к туловищу. Голос ехидного медведя затих и стал неразборчивым. Неумело перекосив рот-пасть в улыбке, Стив пробормотал:
– Он у меня не слишком воспитанный. Но он отличный парень! Честно!
– Этот гребаный мир давным-давно спятил – вздохнул я, запрокидывая лицо к стальному синему небу – Эй, Стив. Ты не сдохнешь? В тебе пара игл сидит.
– Не. Я очень живучий. А иглы уже вытащил – призм клацнул клыками – Еще болит, но уже зарастает.
– Клыками вытащил что ли? – удивился Рэк.
– Клыками – гордо подтвердил Стив – И губами.
– А одна игла ведь тебе прямо в член угодила…
– Выше, сука! Выше! Вот! – Стив ткнул себя когтем в волосатое плоское пузо – Сюда!
– Какой ты… гибкий… – заметил Рэк, глядя на призма с нескрываемым подозрением.
– Ты на что намекаешь, ушлепок?! Изврат гребаный! То-то мишке моему жопу порвать хотел!
– Да пошел ты, губастый!
– Я не губастый!
– Вперед! – рявкнул я, массируя виски – Рэк! Налей ему уже самогона! И сам хлебни! Эй, Стив! Мы тут северную тропу патрулируем. Уничтожаем всякую агрессивную хрень. Ты она самая?
– Нет! Я вообще здесь прохожий! У Матери ко мне претензий нет! Чист я перед ней.
