— Какая милая штучка! — услышала Анет мелодичный голос у себя за спиной и, вздрогнув от неожиданности, осторожно повернулась. На ступенях склепа стояла полупрозрачная серебристая девушка. Длинные, похожие на туман волосы струились у нее за спиной и спускались до самой земли. На узком, с тонкими аристократичными чертами и непередаваемыми эльфийскими глазами, лице застыло грустное, отрешенное выражение. Эльфийка была одета в какие-то полупрозрачные, просвечивающие тряпки. Больше всего похожие на небрежно намотанную на голое тело, простыню.
— Ты кто? — Анет безуспешно пыталась найти взглядом хоть кого-нибудь из своих, так называемых, телохранителей. Даже паршивец-гхырх и тот, куда-то исчез.
— Кто я? — удивленно спросила девушка и подошла, нет, скорее, подлетела ближе, не отрывая взгляда от руки Анет, а, точнее, от «Низвергающего в бездну». — Разве важно, кто я? Важны лишь эти милые штучки. — Рука девушки-призрака коснулась ледяными пальцами кожи рядом с браслетом. — Я так люблю красивые штучки, — вздохнула эльфийка. — А у меня, их совсем не осталось. Подари мне свою красивую штучку, и я не трону тебя.
— Я бы с радостью, честно, — усмехнулась Анет. Первый страх перед призраком пропал, и девушка прониклась к давно умершей эльфийке симпатией. Анет видела перед собой такое же одинокое и несчастное существо, как и она сама. Девушка потихоньку рассказала призрачной эльфийке все: и про себя, и про браслет, и про то, почему она не может его никому отдать, даже несмотря на то, что очень этого хочет. Эльфийка внимательно слушала, разглядывая Анет своими огромными темными глазами, и молчала. Встрепенулась призрачная девушка только один раз тогда, когда речь зашла о Хакисе.
— Хакиса! — прошипела она, изменившись в лице. — Это из-за нее все! У нее мои штучки! — Анет отшатнулась, увидев нечеловеческую ярость, появившуюся в глазах призрака, но эльфийка на удивление быстро пришла в себя, и тихо сказала:
— Я не буду забирать у тебя твою штучку. Ведьму надо убить, и этот крест лежит на тебе. Но обещай мне, что заберешь у Хакисы мои штучки! Мне очень нужны мои штучки! Мне плохо без них.
— Хорошо, хорошо, — поспешно пообещала Анет, видя, что девушка призрак опять начинает нервничать. — Только, ты объясни мне все подробнее. Что я должна для тебя сделать? Какие штучки, я должна тебе вернуть?
Эльфийка тряхнула длинными волосами, и немного подумав, произнесла:
— Хорошо, я расскажу тебе о себе, что помню. К сожалению, после смерти многие вещи становятся не важными и забываются. Если умерший выполнил свое земное предназначение, то он забывает все и очень быстро. Его душа освобождается от земных привязанностей и улетает. Бывает же душу умершего что-то очень сильно держит в мире живых. Чаще всего это любовь к кому-то или чему-то. В этом случае после смерти, душа не может до конца избавиться от воспоминаний и улететь, в тогда возникает призрак, такой, как я.
Когда- то я была эльфийской принцессой Лараной Д’Ларвийской из Зеленого дома. Я была счастлива, и у меня были штучки. Смешно, но это практически все, что я помню о себе. Штучки — это чудесный золотой гарнитур: браслет, по форме напоминающий твой; кольцо, серьги и ожерелье. Эти штучки были для меня дороже жизни, что-то связанное с ними, я не помню что, значило для меня очень много. На одном из эльфийских балов, куда решила пожаловать сама повелительница Арм-Дамаша — Хакиса, я была в этом гарнитуре. Чернокнижница возжелала заполучить мои штучки, но я не отдала. Она угрожала мне, но я была непреклонна.
Гарнитур несколько раз пытались украсть, и последняя попытка увенчалась успехом. Я не снимала штучки, даже ночью, зная, что за ними идет настоящая охота. Слуги Хакисы убили меня во сне, а мои штучки забрали.
Первые сто лет, я очень страдала, помня что-то из своей прошлой жизни, безумно дорогое для меня. Но страдание не может быть вечным, поэтому я забыла то, что мучило меня столь сильно. Остались только штучки, которые я хочу вернуть. У меня в гробнице много штучек, но они не радуют. Их как-то хотели забрать мерзкие тролли, но я не отдала, все равно они ведь мои безделушечки, пусть и не любимые, но других-то нет. Я напугала мерзких троллей, которые пытались сломать решетку в моей усыпальнице. Теперь они, ни у кого и ни чего не смогут забрать. Так, ты вернешь мне мои штучки?
— Я постараюсь, — вздохнула Анет, пытаясь переварить полученную информацию. — Если останусь жива и найду их. У Хакисы подобных штучек, наверное, вагон и маленькая тележка. Я не уверена, что смогу принести, именно твои штучки.
— Я бы, узнала свои штучки из тысячи, — поджала губы эльфийская принцесса.
— А что, это идея! — обрадовалась Анет. — Пойдем с нами. Что тебе делать? Дальше что ли будешь в одиночестве летать по гробницам и тосковать по своим штучкам? А если, Хакиса меня прибьет?
— Увидеть штучки, — мечтательно улыбнулась Ларана, и тут же погрустнела. — Я не могу отлетать далеко от своего тела. Даже здесь, я чувствую себя неуютно и могу передвигаться с трудом, дальше я просто лететь не смогу. Я как на веревочке.
