А сам Билл стал пассажиром моего «яга». Он распластался на капоте, свесив с него ноги. И он был не мертв. Ни чуточки. Поскуливая, Билл взмахивал руками, как бабочка крылышками, пытаясь приподняться.
Меня беспокоило то, что шум крушения разбудит жильцов и кто-то может выглянуть в окно, поэтому решил отъехать подальше. Так мы с ним проехали два квартала — он так же упорно отбивался руками от плацкарта, очевидно, привыкши путешествовать в общем вагоне сидя, что со стороны выглядело довольно забавно.
Свернув в другой переулок, я остановился. Возле мусорного ящика стояла коробка со старыми газетами, и сверху лежал городской выпуск «Лос-Анджелес таймс», из которого я вынул несколько страниц, потому что мне не хотелось прикасаться к Биллу. Накрыв его с одной стороны бумагой, я скинул его с капота.
Порыв ветра подхватил и понес страницы по темной улице.
Сев в машину, я отъехал немного назад, чтобы хорошенько разогнаться. Затем резко тронулся с места и переехал Билла. Оба левых колеса проехали по его голове.
Словно перескочил через «лежачего полисмена». Причем довольно крупного.
Но пора было заняться делом.
Из того переулка я выехал прямо на бульвар Пико. Машин на нем почти не было. Все было закрыто, если не считать нескольких бистро, мелких хозяйственных магазинчиков, баров и заправок Но меня интересовали только витрины.
Наконец на глаза мне попался магазин с названием «Нюансы», в витрине которого было полно женских манекенов. Хотя он был уже закрыт, куколки купались в свету, демонстрируя прохожим свое нижнее белье. Подкатив к тротуару, я погасил фары.
Мимо проезжали автомобили, так что пришлось посидеть немного, наслаждаясь зрелищем.
На некоторых манекенах были супермини-пеньюарчики, на других — только бюстгальтеры и трусики — все либо из атласного, либо прозрачного материала, либо ажурное и в обтяжку. Покрой был самый что ни на есть откровенный. Например, на одном манекене был практически ничего не прикрывавший бюстгальтер. На другом — черный пояс с резинками и чулки-сеточка — высший класс.
И все были в париках — блондинки, брюнетки и рыжие. И десяток различных причесок.
Время от времени даже на такой главной «тусовке» случаются просветы в движении. Такого я и ждал. К счастью, всего минут пять. Не то чтобы машин совсем не было, но ближайшая из них была за несколько кварталов.
Выскочив из «Ягуара», я подбежал к огромной стеклянной витрине справа от входа и ударил по стеклу стволом «кольта». Вся чертова штука рухнула или, по крайней мере, почти вся. Грохот и звон битого стекла могли бы разбудить мертвого, не говоря уж о сигнализации.
Как только стекло перестало сыпаться, я влез, сорвал с голов четырех манекенов парики и сунул под мышку.
Потом спрыгнул на тротуар и пошел к машине. Ближайший автомобиль был еще за два квартала. Лишь бы не патрульная машина.
Швырнув парики на пассажирское сиденье, сел за руль, положил «кольт» в сумочку и поехал.
В конце квартала повернул направо и попал в жилой район. Проехав мимо нескольких домов, остановился и стал наблюдать в зеркало за Пико. Проехало несколько машин, но ни одна из них не свернула, так что я включил фары и поехал дальше.
Кружась по закоулкам, я примерял парики. Похоже, все были одного размера и чуть-чуть маловаты для моей головы. Впрочем, думаю, лучше слишком тесный, чем слишком свободный. Тем более что сидели они вполне нормально, хотя я и чувствовал себя в них чуточку дискомфортно.
Впрочем, все же не так неуютно, как в скальпе Хиллари. Начнем с того, что они были сухими, а не липкими и скользкими.
Мой выбор остановился на светлой масти. Волосы были густые и всклокоченные — в стиле этакой взбалмошной секс-бомбы.
Как раз для Голливуда.
А именно туда я и направлялся.
Был субботний вечер, так что главные улицы были наводнены машинами, а на тротуарах — столпотворение, и я решил проехаться разок по бульвару Голливуд, главным образом, чтобы сориентироваться.
Этого было достаточно чтобы вскружить голову, будь я девчонкой.
Я, если помните, был в красном кабриолете. И вот он я, курсирую по бульвару — в ослепительно белом парике и голубом легком платье, положив обнаженную руку на дверцу. Сколько свиста, восхищенных возгласов и взглядов. Многие открыто пялились, очевидно принимая меня за известную кинозвезду или проститутку. Не желая никого разочаровывать, я махал в ответ рукой и посылал воздушные поцелуи.
Так что примите к сведению, как женщина — я метеор.
Но меня ждала работа, так что вскоре пришлось распрощаться с почтенной публикой и свернуть на боковую улицу с особняками, многоквартирными домами и редкими прохожими. Некоторые выходили из гостей к своим машинам, другие, похоже, просто вышли прогуляться. Попадались любители спортивной ходьбы и бега трусцой А некоторые выгуливали собак.
Последние делятся на две категории. Есть такие, которые выгуливают самих себя, а собак берут для охраны. Другие якобы выводят собак глотнуть свежего воздуха и для моциона — но на самом деле стремятся лишь к тому, чтобы их собака отнесла свое дерьмо подальше от дома и вывалила его на чужой территории.
