Во всем это мероприятии меня беспокоила одна вещь. Кровь. Переворотов без крови не бывает и в сравнении с тем, что ждет краснокожих впереди, резня в Вашнадаше — просто цветочки. Детские шалости. И даже для нас, землян, полное уничтожение такого крупного сельскохозяйственного района не пройдет бесследным. Про инопланетян я вообще молчу. Они обрекли себя на голод, который настанет, как только исчерпаются запасы амбаров, складов и хранилищ.
Брагин, хитрец, умолчал об одной весьма значимой детали. Когда скагам нечего будет жрать — они прибегут к нам, потрясая своими кошелями, полными золота, умоляя поделиться продовольствием по сходной цене. А цена, следуя законам рынка, когда спрос значительно превышает предложение, окажется заоблачной.
Рогатые строители на Марининских островах встретили меня неоднозначно. В глаза все, конечно, восхищались мною, поздравляя с победой, называя великим воином. Но стоило отвернуться — половина разве что не плевала на спину. Черти черпали информацию не из новостных выпусков, а из телефонных разговоров с семьями, оставшимися на Терре. А на материке каждый знал, что весь город в одиночку вырезал Шангшускаг.
Наверно, у многих скагов в Вашнадаше были родственники или друзья, в смерти которых винили меня. Причем, винили небезосновательно. Причиной большинства бед инопланетян с недавнего времени был именно я.
И эти самые недовольные вызвать на жимаскагаш человека с такой репутацией откровенно ссали, а пырнуть ножом из-за угла, вернув долг крови, тоже не могли, поскольку был объявлен жижиш, убийства во время которого не являются нешем.
К моему удивлению Калаш оказался единственным краснокожим, не задавшим про события в Вашнадаше ни единого вопроса. Изменилось и его отношение ко мне. От прежнего высокомерия не осталось и следа. Чертов черт был чертовски умен, похоже, догадался, что я — далеко не обычный нувориш, строитель-коммерсант. Плюс с минусом мгновенно сошелся в мозгу инопланетянина. Настолько полным я был профаном во всех этих арматурах, балках, перекрытиях. Легенда треснула.
Но это уже не имело никакого значения. Потомок Великого Хана зачитывался по ночам новыми книгами, а днем собирал рабочих и цитировал наиболее яркие куски.
Дела на стройке пошли хуже некуда. Мало того, что скаги по любому мало-мальски важному вопросу собирали комитеты, комиссии и устраивали голосования, так обстановку еще и нагнетали выпуски новостей, выступления экспертов и прочий бред, лившийся с экранов телевизоров и сайтов интернета.
Талантливые политтехнологи собрали всю грязь на Хадаша, какую только могли и несли ее в массы. Если когда-то по ряду событий причастность хана ханов вызывала сомнения, то теперь сомнений не оставалось. Во всем виноват хан Хадаш! Его сделали крайним абсолютно во всех бедах и невзгодах начиная с Нулевого Года, нашли даже след рогатого в причинах эпидемии скагаранской чумы сороковых годов, когда самого Хадаша еще в проекте-то не было. Кстати, сам названный брат за все время так ни разу не позвонил. Поди, был занят с Ямахой, размалывая в щепки кровати.
Плохо было то, что жители островов ретранслировали свое резко изменившееся отношение к Хадашу на всех рогатых. Хотя уж кому, а им, казалось, на все было начхать с пика Грачева. Но нет же! Стоило краснокожим покинуть стройплощадку, где они работали и жили, сразу со всех сторон сыпалось: «черти», «убийцы», «нелюди, валите туда, откуда понаехали». Скагов отказывались обслуживать в магазинах. Про кафе вообще молчу. Оттуда инопланетян просто выставляли пинками. Земной рай отравился ненавистью.
За три недели пропало полсотни скагов, вышедших за забор, к цивилизованным землянам. Пятерых потом нашли забитых до полусмерти, еще троих — мертвыми. Кто-то долго и с наслаждением издевался над рабочими, ломая им сначала пальцы, потом — более крупные кости. Самым востребованным товаром стали ножи с рукоятками из рогов инопланетян. В милицейском участке только развели руками:
— Они же черти!
Периметр больше никто не покидал. Однако мои особо ретивые соплеменники пробирались по ночам на стройку, устраивая бои с краснокожими среди торчащих из земли свай и штабелей бетонных плит. И это — богатейшие люди, цвет человечества! Что происходило в других местах — даже не берусь представить.
Пока нападавшие были вооружены традиционным оружием борьбы американского пролетариата, бейсбольными битами, счет складывался ничейный. На площадке хватало арматуры и черенков от лопат, скаги могли за себя постоять. Да и целью жителей островов было не убить гостей, а просто слегка побить.
Но через неделю таких стычек случилось то, что должно было произойти. Земляне явились на стройку с гром-палками и состоялся бой не на жизнь, а на смерть. Черти потеряли до сотни убитыми и под две сотни раненными. Люди — двенадцать убитыми и неизвестное количество раненными. Приехав утром к будущему гостиничному комплексу я просто обалдел. Бетон более не был серым. Он стал красным от крови.
