– Но у него своя жизнь, – глаза Ферн вспыхнули. – Он выбрал то, что больше соответствует его внутренней сути. Я горжусь им и тем, что он отстаивает право быть самим собой. И я собираюсь сказать ему это, если, конечно, он захочет со мной разговаривать.
– А разве вы… – Сэм замолчал, подыскивая правильные слова, чтобы не задеть чувства дочери. Он давно уже знал, что в семнадцать лет все видится в черно-белом цвете, – разошлись во мнениях по каким-то вопросам?
– Нельзя сказать, чтобы мы совсем так уж разошлись во мнениях, – Ферн прикусила нижнюю губу. – Но когда я на пикнике разговаривала с Сарой Бет, появился Кэм. Он побродил вокруг нас, а потом ушел. Потому что я сделала вид, будто не замечаю его. Мне тогда не захотелось с ним разговаривать. Не знаю почему.
– Я тоже иногда так веду себя.
Сэм подумал о Марси и о том, как он ушел с пикника, держа на руках Полу. Тогда он даже не попрощался с Марси, не сказал ей ни слова. Сэм глубоко задумался, вспомнив об этом. Пауза затягивалась и становилась неловкой. Наконец он снова заговорил:
– В общем, надо стараться вести себя правильно.
На лице Ферн появилось удивление.
– Я хочу сказать, – Сэм посмотрел дочери в глаза, – что мы можем хотя бы попытаться вести себя правильно.
Ферн наклонила голову, и в выражении ее лица появилось знакомое Сэму упрямство.
– Что ж, у меня как раз сейчас появился шанс немного подправить то, что я испортила. Я буду очень стараться вести себя правильно.
Сэм быстро обнял дочь за плечи, ее слова эхом повторились в его голове. И тут он заметил впереди две рыжие головы. Сэм улыбнулся. Теперь шанс поправить свои дела появился не только у Ферн – он тоже должен был попытаться исправить допущенные ошибки.
Едва началась служба, Марси сразу же пожалела о том, что поддалась на уговоры Кэма и пришла в церковь. Нет, она не была готова к наплыву тех эмоций, которые внезапно на нее обрушились. Целых пятнадцать лет она потратила на то, чтобы забыть все, что связывало ее с этим городом. И вот теперь, сидя рядом с Кэмом, она вдруг поняла, что прошлое вернулось к ней и избавиться от него она не сможет уже никогда.
Память снова возвратила Марси к тому моменту ее жизни, когда родители вышвырнули ее из дома. Да, она тогда не услышала, что ее брат плакал. Но больше она ни в чем не была виновата. Она не сделала ничего плохого. Но те люди, которых она знала всю свою жизнь, устроили ей судилище и вынесли приговор – «виновна».
Вот и теперь глаза всех присутствовавших в церкви, казалось, были устремлены на нее. Ее внутренние ощущения можно было сравнить лишь с тем ужасом, который должен был бы испытывать голый человек, стоящий на улице перед толпой незнакомых людей. Марси напомнила себе, что в маленьких городах это обычное явление. Но эта мысль не принесла ей успокоения. К счастью, ее брат не обращал внимания на любопытные взгляды. Или, по крайней мере, делал вид, что не обращал. Поэтому Марси решила не акцентировать сейчас на этом его внимание. Она не хотела портить настроение Кэму, которому явно нравилось находиться в церкви, и который искренне радовался тому, что пришел он сюда не один, а вместе со своей сестрой.
– Может, зайдем куда-нибудь и выпьем кофе? – предложила Марси, окинув взглядом Рона и его союзников, покидающих церковь с таким видом, как будто они были оскорблены в самых лучших своих чувствах.
Кэм по-прежнему был занят своими мыслями и не замечал недоброжелательных взглядов.
– А как насчет завтрака в кафе при пекарне?
Услышав приятный баритон за своей спиной, Марси замерла на месте. Ее сердце подскочило к горлу, она медленно обернулась и увидела улыбающихся Сэма и Ферн.
– Кэм уже позавтракал.
Присущие Марси остроумие и находчивость на этот раз ей отказали, ответ прозвучал как-то пресно. Она была готова поклясться, что Сэм сейчас про себя смеется над ней.
– Айрис делает потрясающий яблочный струдель с корицей, – Ферн шагнула к Кэму и умоляюще посмотрела на него, а затем на Марси. – Я знаю, Кэм, любит сладкое и свежую выпечку.
Хотя сейчас Ферн и улыбалась так мило, Марси не забыла, что эта девочка сделала ее брату больно, поэтому Кэм должен был сам решить, пойдет ли он в кафе с Сэмом и Ферн или нет.
Вероятно, Ферн почувствовала, что Кэм уже готов сказать «нет». Она осторожно прикоснулась к его руке:
– Мне правда очень хочется, чтобы вы пошли с нами.
Взгляды Ферн и Кэма встретились. И в его глазах она прочитала что-то такое, от чего сразу же вздохнула с облегчением. Ее рука скользнула вниз, и пальцы Кэма переплелись с пальцами Ферн.
– Ферн права, – Кэм посмотрел на Марси, задумчивость и отчужденность в его взгляде сменились уверенностью и спокойствием. – Я проголодался и с удовольствием подкрепился бы струделем.
– А как ты, Марси? – спросил Сэм.
После того, что произошло сегодня ночью, Марси не знала, как ей общаться с Сэмом. Как с соседом? С другом? Или любовником?
