— Я проснулся от того, что едкий запах щекотал мне ноздри, — Картанаг присел на подушки рядом с ложем Императора и покачал головой.
— Что за запах? — спросил заинтригованный Император.
— Это запах злобных проклятий, черных мыслей. Император привстал на ложе, отодвинул рукой рабыню, массировавшую его толстую шею.
— Кто так смердит?
— Те, кого ты пригрел на своей груди и кому дарил долгие годы любовь, ласку. Те, кого ты щедро одаривал своей доброй милостью.
— Принц?
— Принц. И Видящий маг.
— Но почему?
— Не раз слышали от них речи о том, что твоя власть якобы вовсе не благо для Империи. Не забывай, что принц твой наследник.
— Наследник, — кивнул Император. Его бледное одутловатое лицо пошло красными пятнами.
— Твоя власть перейдет к нему. Это ли не предмет для ненависти?
Император с подозрением посмотрел на Картанага.
— Помнится, мы уже говорили об этом. И ты говорил, что крови Хакмаса так жаждет плебс.
— И ты говорил, что любовь народная требует, чтобы народу приносили жертвы.
— Я помню это.
Картанаг кивнул:
— Время пришло. И я хочу преподнести плебсу этот небольшой подарок.
Картанаг ожидал, что Император только кивнет и отделается многозначительной фразой, которая будет означать согласие. Ведь все уже было обговорено и решено давно. Но тот вдруг приосанился и яростно закричал:
— Ты хотел преподнести подарок? Ты?! С каких пор твои желания идут впереди моих?
Картанаг прикусил язык. Он понял, что сказал не то и вызвал приступ знаменитого императорского упрямства. Оно, внезапно и беспричинно вспыхнувшее, готово было вмиг разрушить умело и с любовью выстроенную интригу, разметать планы. Император вполне готов был отказаться от всего. И что тогда? Тогда советнику останется действовать на свой страх. Для достижения цели он готов был бросить вызов и Императору. Лишь бы заполучить амулет амулетов, лишь бы стать обладателем его, избавиться от притяжения проклятого колдовского круга, от тянущихся к его шее призрачных рук его обитателей, стократно усилить власть свою над предметами, людьми, явлениями, стать первым — какие тут преграды способны встать на его пути к сладостной цели?
Но пока ссориться с Императором было рановато. Старый дурак еще был нужен Картанагу.
— Мой Император, мог ли я, чья воля лишь жалкий отблеск твоих желаний, проявить подобное вольнодумство? — Картанаг решил выбросить один из самых главных своих козырей. — Но как я, любящий и почитающий тебя, считающий тебя мудрейшим из правителей, не мог не обратить внимания на проклятия, насылаемые на твою голову этими жалкими и премерзкими существами, казалось, вынырнувшими из преисподней? Опасность слишком велика, чтобы медлить.
— Что ты имеешь в виду?
— Принц знает все о той ночи пятнадцатилетней давности.
Император закашлялся. Потом стукнул кулаком по ложу и воскликнул:
— Откуда?!
— Ему сказал Видящий маг.
— А Хакмас откуда знает?
— Он слишком проницателен. Слишком умен. И он видит то, что не видит кроме него никто. Он знал это всегда.
Хакмас знал тайну гибели прошлого императора. И Картанаг верил, что тот знает, и даже пытался тогда еще организовать покушение. Но Видящий маг без труда избежал его. В то время Хакмас был сильнее, он сумел пресечь дальнейшие попытки покушений на свою жизнь. Теперь Картанаг сильнее.
Картанаг был уверен, что Видящий маг не раскроет тайну принцу — слишком тот ценил жизнь мальчика, оберегал его от опасностей. Но однажды должен прийти час, когда Хакмас расскажет все принцу.
Недавно, встретившись с принцем в театре, Картанаг наткнулся на его взор. Принц вежливо приветствовал советника, в его поведении не было заметно ничего необычного. Но советник ощутил мгновенный удар ненависти — раньше о таком глубоком чувстве принц не мог и помышлять. Вывод напрашивался сам собой — принц узнал все.
— Ты имеешь доказательства? — спросил Император. «С каких это пор тебя, осел, начали интересовать доказательства?» — подумал Картанаг. И нагло соврал:
— Имею. У меня есть уши во дворце Видящего мага. Я знаю все о планах его и принца. И никакие колдовские фокусы их не спасут.
— И какие у них планы в отношении нас? — возбужденно воскликнул Император, вставая с ложа и нагибаясь над советником, смотря на него сверху вниз.
— Пока что никаких, — Картанаг смотрел преданно и готов был лизать ноги Императора, как собачонка. Он был уверен, что вскоре настанут времена, когда все изменится и он будет смотреть на Императора сверху вниз. — Но злоба их разгорается!
— Злы люди! Злы, злы, злы, — забормотал Император, падая на ложе и обхватывая голову руками.
— У меня есть свидетели их гнусных замыслов.
— Свидетели, — кивнул Император. — Свидетели чего?
— Замышляющегося непотребства. Видящий маг владеет многими искусствами. Он может насылать погибель на расстоянии. Чародейская отравленная стрела пролетит сквозь толстые стены дворца, пробьет мощь старых заклятий этих камней и вонзится в сердце; Она способна выжечь внутренности, обречь человека на медленную и страшную смерть.
Императора передернуло, и Картанаг решил подлить масла в огонь.
