— Ты, жалкий пес, пришел за моей жизнью? — спросил Бешеный, выкатывая в ярости глаза. Ноздри его жадно раздувались.
— Я не смел и подумать о таком, мудрый Вацвлас, чья слава обгоняет его и молнией облетает земли Атлантиды.
— Ах, венциане, языки у вас длиннее хлыста моих погонщиков. Но почему-то вы считаете, что они острее наших мечей.
— Я не стремлюсь ввести тебя в заблуждение, ибо ты видишь подобные помыслы сразу. Я пришел с просьбой от уважаемых жителей Венцина. Они просят тебя о помощи, старейшина.
— Помощи? Венциане? Уж не шут ли ты при дворе наместника?
— Мы просим защиты от Императора Атлантиды!
— Что?!
— Мы жаждем освободиться от тираний его глупости. От тирании алчности его наместников. Мы мечтаем о силе и защите. Мы призываем тебя.
— Ты смеешься?
— Нас много. Народ и уважаемые люди ставили перед наместником вопрос, чтобы открыть тебе врата города и прийти тебе на поклон. Но этот подлый кровопийца приказал отрубить голову пятерым просителям. Он призвал держаться до последнего, надеясь на помощь Императора.
— Не будет помощи! — Бешеный ударил ладонью по подушке. — Лучше просите помощи у своих вялых богов!
— Мы говорили то же самое. А он казнил пятерых из нас.
— Что вы предлагаете?
— Мы откроем ворота. И выбросим наместника. За это ты гарантируешь жизнь и сохранность добра тем, кто призвал тебя. И мы были бы благодарны, если бы нам позволили участвовать в управлений городом, конечно,1 под твоим контролем. И если бы отдали нам четверть имущества тех, кто больше всего противился твоей победе, наш правитель!
— А что говорят горожане?
— Большая часть горожан и часть солдат приветствуют тебя с радостью, правитель Островов и нашего города! Они не хотят власти наместника. Не хотят власти Императора.
— Они не хотят ничьей власти, — кивнул Бешеный.
— Часть народа даже согласна принять ваших богов, если это понадобится для установления справедливого правления.
— Нас призывают с нашими богами. Забавно… Я подумаю, — старейшина кивнул своим телохранителям. — Уведите его.
Те невежливо потащили прочь человечка, в них не было и оттенка уважения к новому союзнику.
— Как тебе нравится. Пар? — невесело хмыкнул Бешеный. — Они готовы отдать свой город и свою веру, лишь бы разжиться за счет соседа.
— У них вообще в жилах не кровь. Стыдно разбавлять ею вино удачи.
— Мне не хочется править такими ничтожествами, — задумчиво произнес Бешеный.
— А кто тебя просит ими править? — вкрадчиво произнес Одноухий.
Старейшина удивленно посмотрел на него, а потом обрадованно расхохотался и хлопнул своего помощника по мощному плечу.
— А верно. Зачем мне править ими?
— Они недостойны тебя, — вздохнул Одноухий.
— А они вообще достойны жить?..
Десять лет назад Бешеный стал вождем своего народа. Пять лет назад добился особого положения своих земель в Империи, резкого снижения податей. Постепенно матийцы Вообще перестали платить подати Императору. Наоборот, сами обложили Атлантиду своеобразным налогом. Вернулись к своему любимому занятию — пиратству. Положение островов было таково, что обойти их по дороге в западные провинции было практически невозможно. Так что занятие приносило неплохой доход.
Бешеный несколько лет играл в игру с Империей. Тянулись к нему послы с перечнем претензий, в ответ он наотрез отказывался признавать факты «организованного» пиратства и даже выдавал на блюдах головы «выродков», как он называл их, которые хотят вбить кол в добрые отношения островов и Империи. Вот только головы, как правило, принадлежали тем, кто тяготился правлением Бешеного. Эти заверения были неотделимы от звона золота.
Продажность послов до глубины души поразила Бешеного. В конце концов многие приближенные Императора Атлантиды просто стали получать свою долю с морских разбоев. Но Бешеный не был бы прозван Бешеным, если бы остановился на этом. Под разглагольствования о притеснениях матийцев в Империи он начал захватывать прибрежные районы, города. И опять прибывали послы от Императора, и опять сыпались монеты, и опять затягивались переговоры, пока само собой разумеющимся не становилось, что очередной город принадлежит теперь вовсе не Империи, а якобы ее части — Матийским островам. «Плебс не хочет войны. Он нас не поймет», — твердил Император, отказываясь в очередной раз посылать армию на усмирение.
Бешеный наглел все больше. И однажды его рот разинулся так широко, что готов был проглотить Венцин. Шпионы его спровоцировали погромы в кварталах матийцев, живущих в Венцине. И для их спасения армия Бешеного пришла под стены города. Сейчас Бешеный нервничал. Он понимал, что кусок слишком большой и на этот раз все это может не сойти с рук. Каждый день он до боли в глазах всматривался в океанскую гладь, боясь увидеть там паруса флота Атлантов. И не видел их. Значит, не зря надеялся он на нерешительность Императора. Нужно взять побыстрее город. А потом все потонет в очередных дипломатических разбирательствах, золото в который раз сделает свое дело.
