Теперь они были вместе — все шесть комков голубого, фосфоресцирующего меха — если странную субстанцию, из которой Бог или Дьявол сотворили эти существа, можно было назвать мехом. Скорее, это было что-то из разряда гибридов между нежнейшей молодой плесенью и волокнистыми лучами света гнилушек в тумане. И все это в сочетании с огромными — тоже слегка светящимися — глазами, пронзительными и совершенно чуждыми всему земному. Харру стало не по себе. И недаром.
С ними что-то явно происходило — с этими малышами — с того самого момента, как они оказались вместе. Тихое пощебетывание, которое испускал то один, то другой из них, пока Харр стаскивал их по-одиночке в этот теплый и сравнительно чистый подвал, стало странным пульсирующим хором, зазвучавшим в такт с каким-то внутренним ритмом, который индуцировало в сознании Харра их общее сознание. И из неразумных, полуголодных крох они вдруг перевоплотились в сонм странных демонов — древних и мудрых, дявольски целеустремленных…
Харра вовсе не удивило, когда все они, словно зачаровывая друг друга, завели по темному подземелью жутковатый призрачный хоровод, а затем, словно подхваченные незримым потоком нездешнего какого-то ветра, торопливой, мерцающей вереницей унеслись во тьму. Он и сам устремился за этой стайкой призраков… Впервые за много-много лет он ощутил себя чем-то невероятно тяжелым и неуклюжим. Впервые он ощущал потребность подчиниться чему-то, кроме Закона Стаи… И только когда мерцающая вереница пошла выписывать в темных буераках круг за кругом, он понял, зачем он здесь. Демоны призрачного света хотели, чтобы он повел их, защитил в пути…
— Там — у Фотографа — я не имел возможности представить вас друг другу… — извиняющимся тоном начал Ким, занимая место за рулем. — Но, кажется, в этом уже нет необходимости…
— Так это и есть тот самый страшно секретный тип, из-за которого вы поцапались с майором Свирским? — констатировал Роше, с некоторым неодобрением разглядывая Пера.
Потом выпустил в пространство едкий клуб дыма, снова воткнул трубку под усы и полез в кар.
— Доктор Пер Густавссон — будьте знакомы, — Ким приоткрыл дверцу кара, помогая Перу занять место рядом с комиссаром.
Сам сел за руль. Тронул кар и неторовливо повел машину по Бульварному кольцу.
Роше представился, приподняв шляпу и умудрившись не вынимать трубку изо рта. Подумав, шляпу он не стал возвращать на голову, а пристроил у заднего стекла.
— Как я понимаю, у вас есть что-то новое, господа? — сразу перешел к делу Пер. — Кроме того, что… имело место быть?
— Во-первых, что нового у вас? — осведомился Ким.
— Я оставляю знаки. И ищу их…
Пер потер лоб.
— Пока — как я понимаю — безрезультатно, — мрачно предположил Роше. — Это все, что вы делаете?
— Не совсем… — Пер пожал плечами. — Один из оставленных мной знаков был считан. Как я понимаю, Псом… Но ответа на вызов я не получил… К сожалению, почти утратил способность воспринимать подпороговый звук — на аккордах и гармониках… Но кое-что улавливаю. И нет подходящих генераторов…
— Вот один, похоже, есть, — комиссар разжал перед ним ладонь, на которой блеснул подарок Клавдии Шпак — странный, тяжелого металла, свисток.
Пер удивленно поднял бровь, потом быстро взял хитрую штуковинку и повертел перед глазами.
— Надо же… — пробормотал он. — Настоящий Свисток Подопечного. На Чуре — предмет почти священный. Такие там вручают при посвящении — когда у человека появляется собственный Пес… Откуда у вас это?
— Не обижайтесь на доктора Шпак… — вздохнул Роше. — Вы сегодня свалились на нее как снег на голову…
Она не могла так уж сильно доверять вам — принимая во внимание историю вопроса.
Густавссон понимающе пожал плечами. Подкинул свисток на ладони.
— Вы позволите попробовать вещь?
— Затем я ее и прихватил сюда, — теперь плечами пожал комиссар. — Вам с ней работать… Боюсь, что это слишком далекий потомок браконьерских свистков древности. Краткий инструктаж мадам Клавдии мне не слишком-то помог… У вас, во всяком случае, получится лучше…
Пер поднес свисток к губам. Киму и Роше показалось на мгновение, что в уши им настойчиво втыкают нечто гибкое и эластичное, словно пальцы привидения.
— Работает, — констатировал Пер, рассматривая вещицу. — Здесь нанесено имя… Господи, так это маленькая Джил и ее Пес были на Прерии? Мадам Клавдия даже не знает, наверное, какую честь ей оказала Гостья… Спасибо господа, что доверили мне эту… вещь. С ней наши шансы основательно выросли…
— Это неплохо, — констатировал Ким. — Только это еще не все, зачем мы вышли на контакт. Посмотрите еще вот эти снимки. У вас в памяти не сохранилось ни одно из этих лиц?
Пер внимательно разглядывал снимок за снимком.
— Ну эти-то трое — мои непосредственные руководители. В прошлом, естественно. В фирме, где я работал перед тем, как… А это, посторонний… Почему он попал в вашу м-м… коллекцию?
— Вы знаете этого человека? — вопросом на вопрос, словно дело происходило в древней Одессе ответил Ким.
— Что у вас с ним могло быть общего?
Фото Адельберто он сунул в эту пачку только для порядка — чтобы в ней числились все возможные фигуранты по делу.
