— Спасибо, утешил… — Кукиш повернулся ко второму своему подручному. — У тебя что там, Лысый? Хотя… — он снова повернулся к Халиду. — Сунь-ка в эту штуку вот это… Может быть имеет смысл предусмотреть и такую комбинацию…
Он протянул Халиду небольшую, под кусочек щебня оформленную радиозакладку, и снова обратился к лишенному макушечной растительности подчиненному. — Я тебя слушаю, Поччо…
Лысый Поччо с головой ушел в раскладывание на очищенном для этой цели от хлама столе содержимого секретера Мепистоппеля и вообще — всех сколь-либо вразумительных документов, обнаруженных людьми Кукиша в доме 15 по улице Темной Воды. Это занятие его увлекло не на шутку — он даже не расслышал вопроса шефа.
— А? — спросил он, оторвав нос от пожелтевших счетов и квитанций. — Да тут кое-что интересное вырисовывается — вот тут счета за аренду склада… Где-то на Птичьих Пустошах…
— Ох и ох… — у черта на куличках… — буркнул Халид.
— Ну и что, что аренда? Что, что склада? — уныло осведомился Кукиш.
— А то, что склады на Птичьих — это просто заброшенные подвалы. Пока не построили северные дамбы там все время что-нибудь затапливало… Там ни один идиот ничего не хранит… А потом — что этому голодранцу там хранить — корм для мышей с Бетельгейзе? У него и в центральном оффисе шаром покатить можно, половина шкафов — пустые, а он — арендует склад. Кстати, года два про него не вспоминал, а позавчера только — возобновил аренду… Свеженькая квитанция, — Поччо протянул Кукишу листок.
— Это — уже что-то… — задумчиво заметил Кукиш, крутя бумажку перед носом. — А у вас что, умники… Нашарили что-нибудь в подземелье вашем?
Мрачный Кноблох — это ему вчера выпало шарить под мостками на Ближнем в бесплодных поисках убиенного адвоката Гопника — уже давно порывался доложить обстановку.
— Во-первых, это — не наше подземелье, а чудака этого… — уточнил обстоятельный Кноблох, а во-вторых, это — вообще, ход такой — из ниоткуда в никуда… Потом, что главное — нет там ни фига. Туда кроме нас с Берни года два ни один дурак не спускался — паутина даже не тронута. Зря только Берни страху натерпелся.
— Берни чего-то испугался там — внизу? — непрязненно поинтересовался Кукиш.
Берни, бывший сержант Космодесанта, в парнях робкого десятка не ходил.
— Еще как испугался — просто до поносу… — заверил шефа Кноблох. — Какого-то паршивого привидения — всего-то…
Нахлобучил шляпу и подался в уголок — раскурить отложенный до поры огрызок сигары. Отменно вонючий.
Кукиш воззрился на старательно освобождающегося от остатков паутины и заплесневевшей трухи Берни — в другом углу.
— Там было привидение, сержант? — ядовито поинтересовался Кукиш у сурового усача.
— Точно, парень, — согласился покладистый, но не склонный блюсти субординацию Берни. — А если правильнее выражаться, то не столько привидение, сколько как бы что-то в виде смеси кенгуру с полярным сиянием и помноженное на крысу…
— С утра у тебя было время опохмелиться, — сурово заметил на это Кукиш.
— Нет, там, действительно, было что-то такое… светящееся, но очень маленькое… — подтвердил показания товарища Кноблох и выпустил струю ядовитого дыма — деликатно, в сторонку. — Я думал — гнилушка, но оно сильно пищало. Впрочем, все равно, эта штука сгинула куда-то… А Мепистоппеля там искать нечего — никаких следов…
— Короче, обьясняю для глупых, — пояснил Берни. — Пушистый призрак то был. Кранты нам, другими словами. Сколько я в Десантуре чертовщины не насмотрелся, а хреновее приметы, чем Призрака, повстречать — нету…
Кукиш от бешенства скрипнул зубами: байки Усатого Берни о его похождениях на просторах Космоса сидели у него в печенках. Вместе с сотнями и тысячами примет, из которых — ни одной путевой.
— Ты, сержант, набрался у себя в Десантуре вредных суеверий больше, чем порядочный кобель блох на помойке… — веско сказал он, показывая всем своим видом, что дурацкий разговор окончен.
— Суеверий или не суеверий, а прется сюда кто-то… — сообщил Халид. — Контролька на черном ходе сигналит…
— По местам! — коротко скомандовал Кукиш.
— Господин Комски распорядился… — человек в белом халате замер на пороге кабинета, ожидая реакции хозяина.
Тот только вопросительно блеснул насаженным на нос пенсне — редко когда господин Саррот позволял себе украсить свое лицо этим антиквариатом — пенсне делало его похожим одновременно на древнего писателя и драматурга Чехова и на не менее древнего разбойника и теоретика мировой революции Троцкого. Обоими сходствами шеф планетарного филиала Дженерал Трендс и гордился и тяготился — тоже одновременно.
— Господин Комски распорядился в том смысле, что если на почтовом ящике, который он изьял в э-э… Кафе букинистов, найдутся интересные следы, то мне следует, не дожидаясь, пока он возвратится с задания, доложить об этом лично вам…
Руководитель Отдела Экспертизы филиала Дженерал Трендс перевел дух.
— Так докладывайте, Генри, и не толките воду в ступе! — раздраженно приказал шеф.
