Ночь роя полностью

— Я не знаю. Я даже не уверен, что все это значит.

Таулинин странно посмотрел на него:

— Это прискорбно. Ваш поиск приносит моему народу бо́льшие потери, чем кто-либо мог предвидеть. Я надеюсь, что все это не напрасно.

Пазел резко выпрямился:

— О чем ты говоришь, Таулинин?

— Пойдем, я тебе покажу. — Он повел Пазела на противоположную сторону вершины холма, обращенную к берегу озера, которое они пересекли. — Подожди, пока облако пройдет... там.

Словно распахнулся занавес, лунный свет залил Уларамит. А там, на нижних склонах острова, недалеко от берега, быстро бежала толпа. Это были селки, шестьдесят или восемьдесят человек, и бежали они, как участники забега, тесно прижавшись друг к другу, в руках у них были копья, кинжалы и длинные мечи. Они преодолели небольшой подъем, плавно, как лошади, затем спустились на каменистый пляж и...

— Нет! — крикнул Пазел. — О, Питфайр, нет!

... бросились прямо в озеро, один за другим, не замедляясь и, казалось, не обращая внимания, когда вода жадно сомкнулась над их головами.

— Они появятся снова, — мягко сказал Таулинин, — но ты прав, что страдаешь. Я насчитал семьдесят шесть. Завтра слезы потекут ручьем по всему Уларамиту: нас так мало, и, когда эти души найдут своих владельцев, нас станет еще меньше. Если кто-то сомневался в том, что нам предстоит битва, то сегодня ночью мы получили доказательства. Было решено нечто такое, что решит судьбу каждого селка.

Шум позади них: Таша мчалась вверх по склону. Рамачни и лорд Арим шли позади. Пазел бросился через ворота ей навстречу и заключил ее в объятия. Она была вся в слезах и тряслась, ее руки сильно дрожали.

Как у старухи. Пазел резко отстранился, изучая ее лицо.

— Нет, — сказала Таша, вздрогнув.

— Что произошло? Что ты делала?

— Ничего, — сказала она. — Я просто летела сквозь скалу, вниз, вниз и вниз. Мы так и не достигли дна, мы просто остановились и повисли. Все было таким черным, Пазел, и таким древним. Я подумала, что мы мертвы, а потом я подумала, что мы умерли миллион лет назад, и наши души были пойманы в демон-камень, как мухи в мед. Но потом что-то вырвалось из меня и улетело, оставив меня разбитой на куски. Я был сломана, Пазел. Рамачни и лорд Арим поддерживали меня, пока я не исцелилась.

Пазел пристально посмотрел в эти испуганные глаза. Ты вернулась туда, да? Возвращайся в свою пещеру, тебе там самое место.

— Пазел?

Он снова притянул ее к себе.

— Я на твоей стороне, — сказал он. — Больше ни на чьей. Ты меня слышишь?

Она поцеловала его в ухо, не сдерживая слез:

— Они вскрыли меня. Чтобы она могла выйти и поговорить с тобой. Они должны были, я знаю, что...

— Должны?

Она моргнула, глядя на него обвиняющим взглядом — нет, обвиняющим саму себя. Она вытерла лицо рукавом.

— Я не думала, что настолько испугаюсь.

Ее голос прозвучал тоненько, как у маленькой девочки, и он знал, что этот голос заставлял ее стыдиться. Он поцеловал ее, уничтоженный любовью; никакая сила на небесах не могла бросить им вызов; они могли делать все, что им заблагорассудится.

— Я с тобой, Таша. Я всегда буду с тобой. Что бы ни случилось, я буду оберегать тебя.

Таша непреклонно покачала головой, дрожа как осиновый лист.

— Обещай, — сказала она, снова расплакавшись. — Обещай, что не будешь.

Глава 14. ИЗ ПОСЛЕДНЕГО ДНЕВНИКА Г. СТАРЛИНГА ФИФФЕНГУРТА

Среда, 20 халара 942.

Волки наконец-то набросились.

Я пишу это & чувствую, как нам повезло, что мы живы. Надолго ли еще останутся с нами удача & жизнь? Непонятно. На данный момент вся заслуга принадлежит капитану Роузу. Люди меняются, корабли становятся быстрее, оружие — все более дьявольским. Но ничто не сравнится с опытным шкипером, независимо от его настроения или эксцентричности.

Пять склянок. Ланч лежит тяжелым грузом в желудке. Крик из вороньего гнезда: Корабль прямо за кормой! Я случайно оказался рядом с Элкстемом, стоящим за штурвалом, & мы бросились к переговорной трубе на спанкер-мачте, чтобы как следует расслышать слова.

— Он прятался за островом, это не моя вина! — крикнул дозорный. Это почти ни о чем нам не говорило: вокруг нас были острова, большие & маленькие, заселенные & незаселенные (хотя с каждым днем на севере мы видели все меньше признаков жилья), песчаные & каменистые, покрытые растительностью & совершенно сухие. Мы петляли среди них целую неделю.

— Чудовищный корабль! — кричал дозорный. — Уродливый, огромный! Он в пять раз длиннее нас, он размером с верфь.

— В треклятые пять раз длиннее нас? — воскликнул мастер парусов. — Соберись с мыслями, парень, это невозможно! Расстояние! Направление!

— Может быть & еще длиннее, мистер Элкстем! Я не могу быть уверен; он в сорока милях за кормой. И, убей меня Рин, над ним огненный нимб. Дьявол-огонь, я имею в виду! Что-то мерзкое за гранью мерзкого.

— В каком направлении он движется, черт бы тебя побрал? — взревел я.