Ночь с Каменным Гостем полностью

– Кто руководил обыском в кабинете профессора?

– Инспектор Кранах… – выпалила Кира и осеклась. – Неужели вы думаете, Даночка, что наш дорогой инспектор… Странно, если, по вашим словам, матушка Кранаха была убита Климовичем, то почему указанная кончина приходится не на конец семидесятых или начало восьмидесятых, а на 2004 год?

Я содрогнулась и ответила:

– Видимо, потому что инспектор лгал мне, когда утверждал, что его мать была убита Климовичем. При помощи этой басни он пытался объяснить наличие целой библиотеки по Сердцееду и Климовичу, которую я обнаружила в его кабинете… Боже мой! Но если это так, если мать Кранаха находилась на лечении в психиатрической клинике, если сам Кранах скрывал это ото всех, если он одержим двумя самыми жестокими убийцами в истории нашей страны…

Ноги у меня подкосились, Кира заботливо повела меня к креслу и, усадив, сказала:

– Я ведь кое-что нашла и в ящике стола Норберта. Взгляните на это, Даночка!

Она протянула мне личное дело, на котором было написано: «Мартина Климович».

– Это карточка супруги Вулка и матушки Виолетты, – прошептала профессорша. – Мартина Лурье тоже находилась на излечении у Норберта, хотя он никогда не упоминал об этом! Посмотрите, что там написано! Страница девять!

Я раскрыла указанную страницу и не без труда разобрала убористый почерк врача. Я прочла несколько предложений и недоверчиво воскликнула:

– Этого не может быть, Кира Артемьевна!

– Я тоже так считаю, Даночка, – ответила та. – Но факты говорят о противоположном!

«Помимо этого, мой бывший супруг Вулк Климович регулярно поил нашу малолетнюю дочь Виолетту коктейлем, сделанным из человеческих сердец, взбитых в шейкере с мороженым…»

Я почувствовала тошноту и отбросила от себя бумаги.

– Климович приучал Виолетту сызмальства к каннибализму! – заявила я. – Но она ни разу не упоминала…

– Я бы на ее месте тоже не говорила ни с кем на эту тему, – ответила профессорша. – Странно только, что эти подробности не были обнародованы даже во время процесса над Вулком.

Дверь кабинета распахнулась, и мы лицезрели предмет разговора – Виолетту. Она испугалась не меньше нашего – побледнела и быстро спросила:

– Что вы здесь делаете?

– А вы? – нашлась Компанеец и проворно засунула бумаги в ящик письменного стола. – И где вы были, Виолетточка, я не могла до вас дозвониться…

Виолетта быстрым шагом подошла к нам и крикнула:

– Отдайте мне, я видела!

– Что? – я попыталась изобразить идиотку. – Виолетта, вы ошибаетесь…

– Бумаги моей матери! – тяжело дыша, ответила доктор.

Она грубо оттолкнула Киру и вытащила из ящика личное дело, так неловко спрятанное последней.

– Значит, ради этого вы и наведались в кабинет к профессору первого января, – заявила я. – Виолетта, почему вы не говорили правду?

Лурье выбежала из кабинета, так и не ответив на мой вопрос.

– Сдается мне, что нам следует навестить инспектора Кранаха, – прошептала Кира. – Он может дать ответы на все интересующие нас вопросы!

– Марек, ты очень смелый юноша! – в очередной раз похвалила я стажера, сидевшего передо мной.

Молодой человек скромно улыбнулся и опустил глаза. Кира Артемьевна в потрясении рассматривала папку с результатами реконструкции черепа, – любопытный стажер обнаружил папку на столе инспектора и, пользуясь отсутствием Кранаха, сунул в нее нос.

– Но ведь инспектор заявил, что реконструкция ничего не дала и череп принадлежит человеку, личность которого не поддается идентификации, – заявила она жалобно.

Я кратко ответила:

– Мы слишком долго доверяли заявлениям Кранаха.

Марек позвонил мне час назад и запинающимся голосом сообщил, что у него имеется чрезвычайно важная информация, которая будет интересна профессору Компанеец и мне. Я, недолго думая, велела ему прийти ко мне в «Авалон». Профессорша примчалась на мой звонок, и Марек продемонстрировал нам содержимое папки. Веточка крутилась рядом и охала.

– Череп принадлежит Вулку Климовичу! – заявила потрясенная Кира. – Посмотрите на изображение восстановленного лица – это же он и есть!

С большой фотографии на нас смотрел человек с массивной челюстью и большими широко расставленными глазами. Профессор не ошибалась – это был Вулк Климович.

– Эксперты уверены, что череп пролежал в сухой земле не менее восемнадцати, а возможно, и всех двадцати лет, – простонала она. – Климович был убит двумя ударами острого предмета, вероятно, небольшого топорика или маленькой садовой тяпки. И произошло это много лет назад!

Я прервала Киру:

– Сомневаться в том, что Климович давно мертв и не имеет ни малейшего отношения к последним убийствам, не приходится. Но почему Кранах упорно скрывал от всех результаты реконструкции лица?

– Неужели вы думаете… – прошептал Марек. – Кто угодно, но только не инспектор Кранах!