Бридж раскинулась на причале, но она в сознании. Майк наклоняется, чтобы подхватить Уилла из моих рук. И в мгновение, когда наши взгляды встречаются, между нами все решено. Над водой торчали две головы. Моя и Бридж. Он сделал правильный выбор. Он выбрал Бридж.
Благодаря этому мы все выжили. Майк отворачивается к Уиллу, который все еще отплевывается.
Опустошенная, я сползаю обратно в озеро. Адреналин ушел. Руки не слушаются. Вода заливает нос. Глаза.
Последнее, что я вижу перед тем, как уйти под воду, – синие морские коньки, рисунок по нижнему краю Уиллова жилета.
В день, когда столкнулись лодки, звезды были на месте, просто невидимые глазу. Луна, обрезанный желтый ноготь на ноге. Марс и Венера, крошечные бриллианты, ровно там, где должны быть.
Число двенадцать означало полдень, а не полночь.
Синие морские коньки на спасательном жилете моего племянника подтверждают, что момент был тот самый. Все это время я смотрела не в ту сторону. В черное небо, вместо того чтобы смотреть в синее.
Мне суждено было спасти не Майка, как я думала. Мне суждено было спасти его сына, который еще не родился, когда мы впервые встретились.
Ученый мог бы сказать, что я экстраполирую совпадения. Но я сама ученый, а истину не удержать силой тяжести.
Я не могу объяснить, почему верю в то, что Дирижер наверху всем управляет. Не только на небе, отдавая ежесекундные приказы небесным телам.
И здесь, внизу.
Рука, которая вытащила меня из озера две недели назад, сейчас обнимает меня за талию. Я даже не слышала, как Джесс вошел в комнату. Когда он сделал это впервые, я почувствовала, что стало меньше пространства, воздуха, меньше меня. Теперь я чувствую, что меня стало больше.
– Спокойной ночи, – шепчет Джесс одними губами мне в ухо.
Он закрывает за собой дверь спальни, а я приступаю к работе.
Это похоже на потерю сознания. Вокруг тьма, за исключением круга у меня перед глазами размером с четвертак. Я смотрю сквозь туннель в прошлое с надеждой на будущее.
Небесные тела в движении. Подстроить азимут телескопа, отрегулировать диафрагму, сменить оптический фильтр, переключить частоту связи.
Посекундные команды в режиме реального времени. Компьютеры мигают, когда спутник сбрасывает данные.
В этом огромном пространстве нет места ни для чего другого. Лжи и заговоров. Убийц и сожалений.
Изломов человеческой природы.
Есть только танец, который танцует Вселенная.
Вспышка света, которую еще нужно найти.
Действие всех моих триллеров разворачивается под бескрайним техасским небом. В триллере «Ночь тебя найдет» молодой, эмоционально неустойчивый астрофизик Вивви Буше устремляется сквозь это синее небо к остальной Вселенной. Вивви научила меня здоровому уважению к теориям заговора, правительственной лжи, науке, вере, звездам и громадной куче всего того, о чем мы не знаем.
Невозможно вообразить Вивви без блистательного ума, безмерного чувства юмора, богатого воображения и длинных цепочек электронных писем от Шона Стэпфа, ракетчика и серфера, который к тому же приходится мне двоюродным братом. Больше года он открыто делился со мной своими мыслями. (Его жена, тоже ученый, Мэнди Кунс-Стэпф, призналась мне, что влюбилась в Шона, когда увидела, как тот преподает физику безопасности полетов, и этим все сказано.) Его резюме включает в себя расчеты для научного посадочного модуля на Марсе, вертолетов «Апач», антитеррористических пушек для обезвреживания взрывоопасных предметов, космического челнока НАСА, «Фалькона-9» от «Спейс-Икс», и этот список едва ли исчерпывающий. Он работал над проектами для НАСА, ВВС, ВМС, Космических сил и Федерального управления гражданской авиации США. Не менее важно и другое: ребенком он был моим напарником в поисках пляжных сокровищ и подсказал мне, где в самолете самое безопасное место.
Шон втянул своего друга, астрофизика Тома Рикетсона, с его не менее звездным резюме, в мою вымышленную вселенную. Оба позволили мне заглянуть в космос и в мою собственную душу гораздо глубже, чем я могла вообразить. Карьера Вивви – поиски необъяснимого света и некоторые ее мысли – являются прямым следствием их философских размышлений о Боге, внеземной жизни и рассуждений на тему «а что, если…». Как и большинство гениев, которых мне случалось встречать, они не возражали против моих безнадежно глупых вопросов. На случай, если я выразилась недостаточно ясно, все научные ошибки в этой книге – исключительно мои собственные.
Что до других научных материалов, то я хочу выразить искреннюю благодарность Нилу Деграссу Тайсону за то, что устроил веселый переполох вокруг науки, и за его книгу «Астрофизика с космической скоростью», а также Клаудии Хаммонд за книгу «Искривленное время: раскрывая тайны восприятия времени» и фильм Би-би-си «Чего мы не понимаем про время».
Я также благодарна:
моей подруге-журналистке Шерри Джейкобсон, которая посоветовала мне включить в следующий триллер подкастера, помешанного на теориях заговора, и снабдила множеством материалов, почему это так важно. Бубба Ганз – мой тебе подарок, Шерри;
