— А разве может быть по-другому? Раз уж он прибыл — это что-то да значит. Раз он появился у нас с заданием разрушить нашу ветку вероятности, значит, в ней изначально было что-то неправильное. Возможно, этой отправной точкой был брак демонессы и дракона. Возможно, превращение Судьбы. То, что привело к такой вероятности, — изначально было неверным, из-за чего и появилось все это нагромождение невероятных событий.
Девушка задумалась, потом закинула руки за голову.
— Может, ты и прав. Но об этом надо было думать раньше… Когда еще было не поздно и можно было задать этот вопрос напрямую самому Тессо. А теперь мы в принципе его можем увидеть, но нам нечего ему предложить.
Тайган усмехнулся:
— Ты думаешь, ему очень нужны были наши подсказки?
— Нет. Я так не думаю. Но эта игра… она нравилась нам всем. К тому же, почему здесь он строит из себя… такого шута? Не показывая ни своей реальной силы… ни своей истинной сущности.
— Да, меня тоже интересует этот вопрос. — Мужчина приподнялся на локте. Вокруг по-прежнему плыла черная бесконечная ночь. — Этому перемещению все нет конца.
— Ты считаешь… что нам обязательно это делать?
— Конечно. У нас нет другого выбора. И никогда его не было.
— Никогда его не было? — Девушка изумленно развернулась к спутнику. — О чем ты, Тайган?
— Порой я думаю, что мы рождены только для этого… вот для этого перемещения, в конце которого нас ждут знания.
Уна вздохнула:
— Ты бредишь.
— Нет. Если немного подумаешь, то ты поймешь то же самое, что и я.
— Я так не думаю.
Ночь неожиданно просветлела. Девушка улыбнулась.
— Мы почти прибыли.
— Да? Это не радует…
Мужчина не успел объяснить, что именно вызывает в нем такой страх и такое недоумение… Темнота ночи растаяла, чтобы смениться чем-то другим, странным, но… правильным.
Словно они долгое время искали свое родное пристанище, и только тут нежданно-негаданно его обрели.
Стоя у огромного, во всю стену зеркала, девушка расчесывала свои короткие волосы. Черные глаза отражения смотрели на мир насмешливо и расчетливо, в то время как у той, что стояла перед зеркалом, — глаза были пусты… и мертвы.
Ни Тайган, ни Уна не могли ошибиться. Это однозначно была Судьба. Но какая-то очень странная. Дело было не в том, что в ней не было силы демиурга. И не в том, что здесь она была человеком.
Ни мужчина, ни девушка не могли никак понять…
Отражение вскинуло голову и улыбнулось. Хищная жуткая улыбка исказила тонкие губы.
— Дивитесь, детки? А ведь все очень просто… здесь я безумна!
Уна вздрогнула и отступила. Тайган поддержал ее.
— Ты… нас видишь?
— Вижу. Чувствую. Ощущаю. Какая разница, как это назвать? Я ждала вас долгие тысячи лет. Именно ради вас я здесь. Ради вас оставлен этот осколок души с воспоминаниями.
— Нас? — уточнил мужчина.
— Естественно. Вы пришли за знаниями. Мне бы, конечно, не хотелось давать вам их. Не потому, что вы их недостойны… А потому, что правда, она гораздо хуже и больнее, чем вы могли бы себе представить.
— После того как меня пыталась убить моя настоящая мать, а моя приемная мамочка велела убить себя — мне уже ничего не страшно! — в запале вскрикнула Уна. Тайган предостерегающе сжал ее плечо, но слов уже было не вернуть.
Отражение покачало головой и щелкнуло пальцами. Судьба перед зеркалом свалилась на пол и скрутилась клубочком, засыпая на глазах. Еще один щелчок — и человеческое дитя спит на кровати, укрытое пледом.
— Это будет долгий разговор. И это будет очень горькая правда. Ты не права, девочка… К моему сожалению.
— Подождите. — Тайган вскинул руку. — Как вас называть?
— Ах… да… здесь я еще не Судьба. Или уже не она. Впрочем, какая разница. Меня зовут Суада. Я герцогиня Войрэно. И уже много лет… почти со своего рождения, я безумна.
— У вас странное имя, — заметил мужчина.
Молодая женщина в зеркале пожала плечами.
— В переводе с одного из арабских языков оно означает — Судьба. Та, которая потом появится…
— Может быть, та которой вы потом станете? — уточнила Уна.
— Нет… я никогда не стану Судьбой, я… Об этом немного позже. Не перебивай меня, дитя. Я должна многое успеть сказать, прежде чем исчезну навсегда…
В руках отражения появился шарик, а потом диковинным цветком распустился вокруг Уны и Тайгана.
— Вы просто сидите. И смотрите. Я буду объяснять все по мере того, как будет идти этот рассказ…
Ночь. Узкий грязный переулок. И карета, заваленная на бок. Два белых коня лежат у стены, уже давно мертвые. Тонкая хрупкая фигурка в белоснежном платье прижимается к грязной стене. Платье запачкано грязью. Кровью. И порвано.
Его хозяйка этого не замечает. Ее трясет от страха… Мужчины вокруг нее наслаждаются этим страхом… и предчувствием богатой добычи.
— Какая красивая, какая нежная, настоящий тепличный цветок. — Из числа бандитов вышел мужчина в безупречном черном костюме. Взял дрожащую ладонь своей жертвы и коснулся осторожным поцелуем. — Не так давно мы с вами уже встречались. Не так ли, миледи Аджани? Нет… не так. Моя дорогая Изабелла.
— Не ожидала сегодня увидеть здесь вас, милорд Хайш.
— Правда? — Мужчина улыбнулся. — Значит, и от вашего ведьмовского взора может что-то ускользнуть?