Я покачала головой. Мне требовалось немного времени наедине с собой.
– Хорошо, тогда до скорого. – Он улыбнулся на прощание.
Это была та самая чудесная улыбка, которая раньше приносила мне столько счастья. Но на этот раз она больно ранила моё сердце. Я неподвижно сидела и смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду.
Найт действительно не чувствовал того же, что и я? Все эти моменты не имели никакого смысла? В общем, он так и сказал… он не хочет отношений со мной. Мы просто… друзья.
Хуже всего то, что всё равно не хотела отпускать его. Это оказалось не так просто, как я думала. Я любила его и хотела быть с ним. Знала, что рядом с Найтом мне будет хорошо, даже если у меня и не осталось шансов. С ума сойти! Это так мучило меня. Я знала, что веду себя по-идиотски, и всё равно это ничего не меняло. В какой-то момент, когда моё тело онемело и я больше ничего не чувствовала, я поднялась и отправилась в школу. Моя голова опустела, но в тот момент я порадовалась этому.
Я шагала по тропинке, ведущей через лес, когда услышала шум. Он вырвал меня из забытья и заставил вздрогнуть. Он то и дело раздавался среди деревьев. Шипение, показавшееся мне странно знакомым. Я сошла с тропинки и проскользнула дальше в лес. Когда оно снова пронеслось в тишине, я неожиданно поняла, что это: заклинание. Я последовала за шумом, становившимся всё громче.
Впереди находился небольшой склон, и, посмотрев вниз, я увидела это: несколько деревьев упали – или, вернее, их магией вырвали с корнем, и какая-то фигура бросала в них одно заклинание за другим. Один из стволов неожиданно загорелся. Когда в него снова попали, вокруг сомкнулся лёд, и всполохи огня замерли. Вскоре в ствол ударила молния и взорвала стеклянную тюрьму пламени, позволив ему снова разгореться. Теперь я узнала человека. Это был Дюк. Он тяжело дышал, его покрывал пот, и он явно находился на пределе сил. Но не останавливался, а продолжал с таким остервенением, какого я от него не ожидала. Не знала, что думать об этом, но неожиданно почувствовала, что мне стоит уйти как можно скорее.
Я уже собиралась отступить, когда заметила движение в нескольких метрах позади Дюка. Он был в лесу не один, за ним наблюдал ещё один человек. Только теперь я узнала её: Рису пряталась за деревом и смотрела на него. От её взгляда и странной улыбки по моей спине побежали мурашки. Она смотрела так холодно… так понимающе… так мрачно… Мне нужно выбираться отсюда!
Я поспешила прочь так быстро, как могла. Боялась, ужасно боялась, что кто-нибудь из них обнаружит меня. Я не могла понять себя. Помчалась обратно к школе так, будто за мной гнался чёрт собственной персоной.
Только когда выбралась из леса, напряжение постепенно стало спадать. Спустя какое-то время моё бешено бьющееся сердце успокоилось, я улыбнулась и покачала головой. Что я себе выдумала? Откуда взялось это странное чувство? Медленно, но верно настроение остальных, похоже, передалось и мне.
Её настроение и не думало портиться. Всё шло по плану. Наблюдать, как яд всё глубже проникает в него, доставляло чистейшее удовольствие. Он выглядел утомлённым, бледным и беспокойным. Ведь искал её.
При этой мысли она невольно рассмеялась. Он никогда не найдёт её. Она старалась то и дело попадаться на его пути, потому что это лучшее укрытие. Но сегодня немного изменила свой обычный подход. Хотела посмотреть, куда его тянет, и тайно последовала за ним. Он ушёл в лес, и она долго наблюдала за ним. В тот момент, когда уже собиралась уходить, появилась Форс.
Она надеялась, что та не доставит ей проблем, и не собиралась допускать, чтобы какая-то маленькая девочка всё испортила, когда она уже так близко к своей цели.
Выносить это становилось всё труднее. Яд разъедал его вены, как пылающий огонь, обнажая то, что скрывалось глубоко внутри. Сначала оно почти не шевелилось, но постепенно начинало пробуждаться. Теперь ему приходилось прикладывать большие усилия, чтобы сдерживать и подавлять его. Оно бушевало внутри, почти разрывало на части, и уже не в первый раз ему приходило в голову, что, возможно, у него не осталось ни шанса. Не лучше ли немедленно бежать? Конечно, тот, кто сварил яд, будет знать, где он. Но разве это не лучше, чем выдать себя здесь?
Он покачал головой и попытался привести мысли в порядок. От этого зависело не только его существование. К тому же в основном ему удавалось контролировать эту штуковину. Только теперь это было невероятно сложно. Он поднялся по последним ступеням и почувствовал, как дыхание становится горячим и прерывистым. Его взгляд постепенно затуманивался. Оно бушевало внутри.
