Но что предпринять? Он не имел ни малейшего представления, ни каким образом можно спасти злополучный самолет, ни узнать, находится ли там Катерина. Вспомнилось давешнее: «не вмешивайтесь» и «информация заблокирована». Но, черт, как не вмешаться, если заблокирована. Когда он мысленно помянул черта, двое на стене поморщились, как будто кто-то испортил воздух. Тогда он, косясь на свидетелей, попытался приблизить самолет, так что в иллюминаторах показались сидящие в салоне пассажиры. Ему нужно было проникнуть в самолет, но он не знал, как это сделать. Он различил среди них стюардессу, готовившую тележку к последней раздаче напитков, и ему пришло в голову, что можно ее использовать. Мысленно Артем совместил себя с ней — ее звали Яэль, и они покатили тележку с водой и соками по узкому проходу «Боинга». Колеса западали то направо, то налево, и тележка все норовила врезаться кому-нибудь в плечо. Яэль потихоньку крыла тележку сочными, по сестрам и по матушке, арабскими ругательствами. Они прошли вдоль всего самолета, но Катерины Артем так и не увидел.
Самолет двигался прямиком к гибели вместе с командой и пассажирами, Артем чувствовал это, но он так и не смог определить, откуда исходит опасность. Он попытался слиться с другой стюардессой — Инбаль, собиравшейся разносить горячие салфетки, и ему это удалось. Они шли по узкому проходу, Инбаль была почти за порогом усталости, вымученно улыбаясь пассажирам после перелета из Тель-Авива в Москву и обратно. Артем пристально вглядывался в лица, пытаясь определить потенциальную опасность. Одно из них показалось ему отдаленно знакомым. Эту женщину, сидящую у прохода, он знал когда-то давно, лицо что-то смутно напоминает, наверное, из института, да, конечно, ее зовут Танька, фамилию, черт, не припомнить так сразу. Точно, это она, проблядуха арабская! Но вот же проклятая загадка — где все-таки Катерина? А вот здесь сидит арабский хлопец, который как-то связан со всей этой историей, а рядом с ним еще один.
Артем предельно сосредоточился. Опасность исходила от этих двух парней. Татьяна — не в счет. Нужно как-то определить, что за опасность. Ну да, они хотят взорвать самолет, но как? Где бомба? Как она действует? И причем здесь Танька? Артем огляделся, оставался Йорам, начальник всей группы обслуживания, главный стюард. Самолет начал снижаться, он мысленно пошел вместе с проверявшим ремни и спинки кресел Йорамом вдоль салона, в третий раз, вглядываясь в лица пассажиров. Первый ряд, бизнес-класс, провел сделку с Москвой, прибыли на миллионы. Второй ряд, обычный русский кидала, бывший фарцовщик, все за счет Израиля, только бы сорвать бабки и смыться. Третий ряд, здесь совсем бабки немерянные, летит в Израиль просто так, из любопытства, как в зоопарк. Четвертый ряд, бабульки в «бизнесе», интересно, пятый — спят все, шестой — тоже. Здесь «бизнес» кончается, и начинаются простые смертные, впрочем, невесело усмехнулся Артем, смертны они все, если не удастся ничего придумать. Ночь приближалась к трем часам — самое сладкое время, если нет бессонницы, и самое противное, если она есть. Почти все спали. Артем дошел с Йорамом до семнадцатого ряда и мысленно остановился перед подозрительными пассажирами. Йорам задержался вместе с ним.
А дальше-то что? Он не представлял, что он может предпринять. Глазами Йорама Артем видел, что парни нервничают. Один из них полез в карман и достал ключи от машины. По всему было видно, что он находится на взводе. Артем мысленно приказал стюарду двинуться дальше и остановиться за восемнадцатым рядом.
— Зачем этому типу ключи от машины? — подумал Артем. — Не собирается же он, в самом деле дверь открывать. Зачем тебе ключи, придурок? — спросил он вслух.
— Взорвать вас всех евреев, хвала Аллаху! — затем последовало длинное и витиеватое ругательство, какого Артем еще не слышал.
Он оторопел. Случилось невероятное, и парень ответил, впрочем, почему бы и нет, сегодня столько всего уже случилось, что хватит надолго. Ну, конечно же, Артем даже ударил рукой по шершавому камню: как можно протащить в самолет дистанционный радиопередатчик? — Да в брелке от ключей, стоп-стоп, и брелка не надо — обычный пульт машинной сигнализации, такой же, как у него самого в кармане. А бомбочка едет себе в багаже, и когда самолет за пару минут до посадки в Бен Гурионе проходит над домами Тель-Авива, нажимается кнопочка, и самолетик падает прямо на домики. Лепота!
— Б-р-р! — Артем взмок, до посадки оставалось минут пятнадцать.
