– Та, рыжая, которая ходит без нижнего белья. Ты, насколько можно судить, неплохо проводил с ней время.
– Она довольно забавна. Это наша новая практикантка. Неплохая девчонка. Да и откуда ты узнала, что она не носит нижнее белье? – Он не мог скрыть удивления.
– Если ты заметил, у меня есть глаза. – На облегающем платье девушки не просматривалась линия от резинки трусов, но Шанталь не намеревалась растолковывать ему эти тонкости. – Сколько ей лет?
– Да понятия не имею! Может, двадцать пять – двадцать шесть. Она студентка, будущий юрист, хочет стать адвокатом на бракоразводных процессах, – спокойно произнес Ксавье.
– И, я уверена, сама станет причиной множества из них, – буркнула Шанталь с угрюмым выражением лица, когда они остановились у ее дома и он поставил машину на парковочное место.
– Да из-за чего ты так расстроилась?
– О, из-за сущей ерунды – ты всего лишь провел битый час в разговорах с этой роскошной двадцатипятилетней девицей, которая так и вилась вокруг тебя, а ты хихикал словно школьник. Она дает тебе свою визитку, и ты суешь ее в карман. Я почти на двадцать лет старше тебя. Так что же тебе пришло прежде всего в голову о причине моего расстройства? Что мне не понравился копченый лосось?
– Кстати, лосось был очень вкусный. Ребята, которые накрывали стол, знают свое дело, – сказал Ксавье, стараясь сменить тему разговора, чем еще больше привел Шанталь в неистовство. – Да это была и не визитная карточка. На ней координаты ее брата. Он архитектор, а нам надо кое-что поменять в устройстве офиса. Вот она и рекомендовала его для такого случая.
– Она могла бы дать его координаты и в рабочее время. Честно говоря, я не верю тебе. Она может быть студенткой юрфака, но выглядит как голливудская старлетка, а одевается как проститутка. И мне почему-то не нравится, что она крутится вокруг мужчины, которого я люблю, а я по возрасту гожусь ей в матери, да и, как назло, оделась в этот старушечий наряд. Жена твоего партнера лет на двадцать старше меня, а выглядели мы примерно одинаково. Напомни, чтобы я сожгла эти тряпки.
Ксавье улыбнулся. Даже когда Шанталь сердилась, она знала, каким образом можно его рассмешить.
– Шанталь, девочка моя, перестань, я же люблю тебя. Я просто разговаривал с этой рыжей. Она ничуть меня не привлекает. А ты можешь завернуться хоть в нашу простыню и все равно будешь сексуально привлекательнее любой другой женщины.
– Эта тема для нас не новая, Ксавье, но могу повторить, – произнесла она, когда они вошли в небольшой лифт. – Я не хочу, чтобы из меня делали дуру. Когда-нибудь ты все равно сбежишь, а я не собираюсь рыдать у окна с разбитым сердцем. Если уж ты начал заглядываться на молодых девиц, то мне конец. И я предпочитаю закончить с этим раньше, чтобы потом не пришлось страдать.
Ксавье был поражен тем, что она сказала, хотя ему и приходилось слышать нечто подобное от нее раньше, но только сейчас он в полной мере осознал, что она имеет в виду. Шанталь страшила мысль, что он влюбится в молодую женщину и оставит ее.
– Обещаю, что не стану смотреть на молоденьких девиц. Я люблю тебя. Вероятно, мне не следовало говорить с ней слишком долго, но я был в хорошем настроении и не хотел быть грубым.
– Это то, о чем я и говорила, а именно – твои слова о «хорошем настроении». Ты имеешь право делать все, что тебе угодно, но и я имею право спасти свою задницу до того, как ты разобьешь мне сердце.
– Я никогда больше не допущу такого, – удрученно произнес Ксавье, когда они входили в квартиру.
– Уверена, что допустишь, – парировала Шанталь, проходя в свою спальню и захлопывая за собой дверь.
Через секунду Ксавье услышал щелчок замка. Выждав полчаса, он заговорил с ней через дверь в надежде, что она уже успокоилась.
– Ты хочешь, чтобы я сегодня ночевал у себя? – вежливо спросил он, надеясь, что она скажет «нет».
– Да, – раздался приглушенный ответ.
Ксавье решил не настаивать и спустя несколько минут покинул ее квартиру с тяжелым сердцем. Он чувствовал свою вину за то, что Шанталь была так расстроена, и представлял себе, что она должна была чувствовать, наблюдая за ним и юной кокеткой. Ксавье не стал бы встречаться с этой студенткой, даже если бы был одинок. Ему всегда нравились женщины-интеллектуалки, а не секс-бомбы. Да и разговор их был совершенно безобидным, что бы Шанталь ни думала теперь об этом. Сейчас ее снедала ревность, пусть и совершенно необоснованная.
Вернувшись домой, Ксавье, перед тем как лечь спать, послал Шанталь электронное письмо, в котором заверял ее в своей любви. Она не ответила на его послание, и на следующее утро он ей позвонил. Мобильный не отвечал, и ему пришлось оставить голосовое сообщение. Придя на работу и встретившись там с Амандиной, той самой рыжеволосой красоткой, Ксавье едва не получил инфаркт: она сказала, что звонила ему домой, а его домашним номером в офисном списке телефонов сотрудников теперь числился телефон Шанталь.
