– Когда мы приехали к ним в монастырь, его узнать было невозможно – настоящий скелет, кожа и кости, сам желтый и полностью без волос. Смотреть было страшно.…Дети даже после их возвращения домой находились у нас ещё месяц, пока он окончательно не поправился. В монастыре Светлана попросила разрешение называть нас мама и папа, сказала, что мы заменили ей родителей, она ведь рано осталась сиротой. Позже и муж её стал нас величать – батюшка и матушка. Мы его искренне полюбили. Это он, как узнал о гибели сына, заставил приехать Светлану к нам домой и сказать, что у нас есть внук. Ты помнишь, на похоронах Андрея меня спросил, почему нет Светланы. Они встречались с сыном, а по существу, прожили, как сейчас говорят, гражданским браком три года, а потом он погиб, занимался подводным плаваньем на островах… Такая трагедия ужасная с ним произошла… Когда это случилось, мы думали, что не справимся с постигнувшим нас горем. Светлана осталась беременной, вышла замуж, родила ребёнка, а когда узнала, что погиб Андрей, приехала к нам с маленьким внуком. Андрей очень хотел сына, но его так и не увидел… Они и назвали его в честь отца. Мы в это время находились в глубоком душевном кризисе, было очень тяжёлое для нас время… Алексей два месяца не ходил на работу, боялся меня одну оставлять, ходил за мной по пятам. Представляешь, наше душевное состояние? Полная катастрофа. Жить не хотелось. Ты же знал нашего Андрея с самого рождения. Он был заботливым, любящим сыном, добрым, красивым. Когда мы первый раз увидели маленького Андрюшу, было впечатление, что его отец воскрес! Он как две капли похож на своего отца, а его взгляд я долго не могла выдержать, словно сын на меня смотрел. Внук вернул нам смысл жизни. Я тогда так растрогалась, что сняла с пальца своё бриллиантовое кольцо с изумрудами и подарила Светлане. Она и сейчас его носит. Потом они с мужем по делам уезжали в Германию, а Андрюшу оставили у нас. Ему было всего пять месяцев. Когда вернулись из поездки, мы договорились, что он всю неделю проводить будет у нас, а на выходные станут забирать к себе. Так и было, пока зять не заболел. Они уехали сначала в Швейцарию, там сказали, что всё безнадежно, и она повезла его в монастырь. По существу, умирать. Маленькая Анечка практически с рождения у нас. Мы не делаем разницы между внуками, обоих любим одинаково. Представляешь, Леонид, внуки очень похожи на своих отцов, нет в них ничего от матери, кроме золотистых волос у Анечки, а посмотришь на них – очень между собой похожи. Вот загадка природы! Прав этот генетик Мендель. А как любят они друг друга, не сядут за стол кушать по одному. С детства заботятся друг о друге. Живём совсем рядом, через пять участков. Внуки днём у нас, две няньки помогают, без них не справиться, а вечером, когда родители приходят с работы, детей к себе забирают. Мы даже попросили зятя, чтобы он не говорил Андрюше, что он не родной отец, но он священник, сказал, как только подрастёт, расскажет правду. Андрюша его очень любит. Его и деда, а нас с матерью на второй план отодвинул.
– Но зато ты любимая бабуля у Анечки, – добавил Алексей Петрович.
– А где работает ваш зять? – спросила Тамара.
– Служит, – поправил её Леонид Павлович.
– Он, как выражаются в православии, несёт особое послушание. Занимается с детьми из неблагополучных семей спортивными единоборствами. Московской патриархии выделили разрушенное здание, так он его полностью отремонтировал на свои деньги. Моя фирма делала там ремонт, и я видел все своими глазами, какое оно было прежде. Теперь там совсем другое дело и он там тренирует ребят. У него уже есть чемпионы России, правда, среди юниоров. Когда он болел, пришёл гражданский тренер, ребята отказались заниматься, но он им позвонил, чтобы не прекращали свои тренировки, и все благополучно устроилось. Потом человек тридцать ребят приезжали его навещать домой, когда из монастыря вернулся. Сам он бывший чемпион России по каратэ. Он участвует и в церковной службе, церковь небольшая, но очень старинная, намоленная, находится где-то в Кузьминках, но основное время несёт особое послушание – занимается тренировкой ребят. Мы его очень полюбили, словно он сын нам, – закончил Алексей Петрович.