Светлана придвинула альбом к себе и открыла. На каждой странице карандашом были сделаны рисунки и эскизы: она– в белом халате сидя за столом в кабинете, в саду за книгой, в волнах на море, сидящая на скале и смотрящая вдаль моря, а дальше – портреты, портреты… Каждый рисунок сопровождало собственно сочиненное четверостишье о любви. Под рисунками стояли надписи: «Я люблю тебя!», «Ты моя любовь!», «Люблю.. люблю!» Самый последний рисунок был нарисован акварельной краской. Она и он обнаженные, с переплетенными телами, на огромной кровати… Получилось у него красиво… Даже очень… Девушка залюбовалась завораживающим рисунком…
«Вот фантазер, – мелькнуло у нее в голове, классно рисует, настоящий художник!»
– Неужели вы не поняли, что это его юношеские фантазии, -сказала она отцу Иосифа.– Он никогда не видел меня в море, на скале и тем более мы не были с ним в постели… Он это просто представлял себе, придумывал… Мне надо было раньше догадаться, что мальчик влюблен в меня, а я только… вчера об этом узнала от него. Он даже виду не подавал, а я не придавала значения всему этому. Бедный Иосиф… Он страдал… Скажите, а как он сейчас, в каком он состоянии? Где находится?
– Он с матерью. Пришел в себя, но совершенно случайно остался жив. К нему нельзя.
– А я не собираюсь… Зачем ему напоминать о себе. Что говорят врачи?
– Его поставят на ноги и он поправится. Дело совсем в другом. Мы посоветовались с женой и решили сделать вам предложение. Раз Иосиф в вас влюбился, зная его романтическую натуру, слабость характера, он еще нескоро выбросит вас из головы, а сентиментальные страдания мальчику совсем ни к чему. У него ЕГЭ на носу. Вы снимаете в Москве квартиру, и вам негде с ним встречаться. Поэтому мы купим квартиру в центре Москвы для дальнейших с ним встреч, чтоб мы с женой были за сына спокойны…
– Извините меня, – она его перебила, – но я не собираюсь с ним больше встречаться. Я ему об этом вчера сказала. У меня есть парень…
– Вы меня перебили. – Его глаза заметали молнии. – После попытки суицида его надо поддержать некоторое время. Раз вы заставили в себя влюбиться, тогда сделайте всё, чтобы он вас разлюбил…
– Нет, я не буду этого делать. Я только лечила его и не давала ему ни малейшего повода…
– И все-таки я продолжу. Кроме квартиры, которая сразу на вас будет оформлена, стану выплачивать ежемесячно на расходы… предположим, по полмиллиону рублей. Пусть у Иосифа будет одна женщина, которая его старше и обучит всем этим… сексуальным штучкам.
Она постаралась погасить в себе гремучую смесь унижения и негодования.
«Только не плачь, только не плачь…» – приказала себе.
– Я никогда не сделаю того, что вы мне предлагаете. Вы делаете мне омерзительное предложение. Я не люблю вашего сына, он мне даже не нравится, и я не могу себе вообразить, что между нами что-то возможно. Он со своей любовью и вы с гнусным предложением -оставьте меня в покое… уходите немедленно отсюда…
Отец Иосифа остолбенел и вытаращил на нее свои огромные глаза.
– Я понимаю, что это неприличное предложение, но извиняться перед вами не собираюсь, – голос зазвучал грозно. – Мой единственный сын из-за вас чуть ночью не умер. Он влюблен в вас, а когда вся эта дурь у него пройдет, вы не будете в проигрыше, у вас останется квартира и деньги… Или вы специально отказываетесь, чтобы я вам больше заплатил? – он уперся на неё гневным взглядом, от которого у девушки пошли мурашки по коже.
Похоже, она его рассердила. Как не старалась ответить спокойно, но голос предательски задрожал.
– Я не знаю, как вас зовут, и как к вам обращаться, но даже если вы мне сейчас предложите ежемесячное жалованье в размере десяти миллионов долларов, я не смогу обучить Иосифа… сексуальным штучкам, потому что я сама им не обучена. Извините меня за откровенность и прямоту, но… у меня еще не было в жизни ни одного мужчины. Поэтому для Иосифа я не смогу, стать секс -учителем, поищите ему кого-то другого. Читать вам лекцию по психологии я не стану, но никогда в своей жизни не говорите Иосифу, что были у меня с этим предложением, иначе он вас возненавидит до конца своей жизни, и не рассказываете, что видели его рисунки. Это рекомендация врача. Все. Больше я с вами разговаривать ни о чем не буду.
И демонстративно отвернулась к окну, а из глаз сразу хлынули слезы.
– Ну, это еще мы посмотрим, – сказал отец Иосифа и ушел, хлопнув дверью.
После работы, когда вышла из клиники, к ней подошел крепкого телосложения мужчина и предложил пройти в припаркованный громадный джип, где ее опять ждал для разговора отец Иосифа. В машине он был один, но рядом с джипом находились молодые парни, видимо, его охрана.
Отец Иосифа, совершенно отличным от утреннего, спокойным и ровным голосом ей представился. Звали его Борисом Израилевичем. Он рассказал, что час назад Иосиф признался матери, что он решил покончить собой из-за любви к девушке, жизнь без которой, для него не имеет смысла.