Сказав это, Бен повернулся и начал подниматься по лестнице, чтобы продолжить начатую на втором этаже работу. Он не сомневался, что Том сможет управиться внизу и один.
В подвале, с серыми бетонными стенами, пылью и беспорядком, было сыро и холодно. Связанные веревкой картонные коробки и старые радиаторы парового отопления грязными пятнами проступали из густой тени по углам, в которые не доходил свет одинокой лампочки без абажура. Коробки занимали почти все свободное место; они различались по размеру от маленьких упаковок из-под продуктов, названия которых уже невозможно было прочесть на выцветших этикетках, до огромных ящиков, в которых когда-то, должно быть, 6ЫЛ£ привезена В дбм Мебель. В единственном свободном УРЛУ ЙОДВаЛВ, рЙДОМ В модельной стойкой душа, Стояла старая стиральная манй- на. Веревки для просушки белья были натянуты так низко, что Гарри Пришлось пригнуться, пробираясь от лестницы j#Йрот*ЙВоположный конец тесного помещения.
Возле одной из стен стояла пара ржавых баков с водой и старый металлический шкаф. Жена Гарри, Элен, склонившись над краном одного из баков, смачивала холодной водой кусок светлой материи. Когда Гарри вошел, она мельком взглянула на него и продолжила заниматься своим делом. Элен отжала тряпицу, убедилась, что та осталась достаточно влажной, и понесла ее туда, где на дожатом верстаке лежала без движения маленькая девочка — их дочь. На стене над верстаком были развешаны инструменты, а на полу под ним стояли ящики для мелких принадлежностей — шурупов, гвоздей, гаек и прочего. Холод подвала сковывал движения Элен и делал их напряженными и порывистыми. Жена Гарри была одета в легкое платье и свитер, а свое теплое пальто она расстелила на верстаке, и на нем теперь лежала девочка. Полы пальто были заботливо обернуты вокруг ее тела и укрывали ноги и грудь ребенка. Женщина склонилась над своей дочерью и протерла ее лоб влажной прохладной тканью.
Гарри тихо подошел сзади и встал за спиной Элен, наблюдая, как та сосредоточенно ухаживает за их дочерью, стараясь поплотнее обернуть вокруг нее пальто. Даже не посмотрев на мужа, Элен сказала:
— У Карен сильный жар.
Гарри вздохнул, помолчал немного, а потом ответил:
— Там наверху еще двое.
— Двое? — рассеянно спросила Элен.
— Да, — подтвердил Гарри. Затем, как будто оправдываясь, добавил — Я не хотел рисковать без надобности.
Элен промолчала, хотя прекрасно поняла, что Гарри ждет сейчас какого-нибудь знака одобрения с ее стороны.
— Как мы могли знать, что там, наверху, происходит? — наконец сказал он, пожав плечами и разведя руки в стороны.
Затем он нервно потянулся к нагрудному карману за сигаретами, вытащил пачку, которая оказалась пустой, смял ее в руке и отбросил в сторону. Потом подошел к верстаку, на котором лежала другая пачка, схватил ее, но и она была пустая; Гарри смял и ее и яростно швырнул на пол. Затем он снова посмотрел на свою жену и дочь. Элен продолжала спокойно протирать лоб девочки влажной тканью.
— Ну, как она? — спросил наконец Гарри.
Элен не ответила. Карен лежала без сознания.
На лице Гарри выступили мелкие капли пота. Он подождал немного и, не услышав ответа, переменил тему.
— Они все остались наверху… идиоты! Я говорил им, что мы должны держаться все вместе. А здесь самое безопасное место.
Он взял сумочку Элен, порылся в ней и нашел еще одну пачку сигарет. Надорвав ее, Гарри вытащил сигарету, прикурил и глубоко затянулся. Дым заставил его слегка закашляться.
— У них там нет никаких шансов, — продолжал он. — Они не смогут сдерживать этих тварей вечно. Там слишком много мест, через которые можно прорваться в дом
Элеи по-прежнему не отвечала, словно потеряв всякий интерес и уважение к идеям своего мужа.
На полу рядом с некрашеной табуреткой стоял маленький транзисторный приемник. Увидев его, Гарри тотчас же наклонился и щелкнул выключателем.
— У них наверху тоже есть радио, — сказал он. — Передавали сводки Гражданской обороны или что-то вроде этого… Я думаю, это не только у нас, это происходит повсюду.
Но как Гарри ни старался, крошечный приемник не мог поймать ничего, кроме помех. Он вертел ручку настройки вперед и назад, чертыхался, напряженно вслушивался, но по всему диапазону слышался хруст и шипение. Гарри поднимал аппарат вверх, поворачивал его вокруг оси, пытаясь добиться приема, непрерывно вращал настройку, но, кроме шороха и свиста помех не слышал ничего. Он начал ходить взад-вперед по подвалу, надеясь найти подходящую точку, но все было безрезультатно.
— Проклятая штуковина… — ворчал Купер.
Но из пластмассовой коробочки по-прежнему доносился лишь монотонный пульсирующий шум.
Элен перестала протирать лицо своей дочери, аккуратно сложила кусок ткани и накрыла им лоб и глаза неподвижно лежащей девочки. Нежно положив руку на грудь Карен,* она подняла голову и посмотрела на Гарри, который возбужденно вышагивал взад-вперед вокруг верстака и размахивал транзистором, позабыв про потухшую сигарету, свисающую с его нижней губы.
