За все годы, что я мучила людей их худшими кошмарами, шествовала по улицам с белоснежными волосами и примеряла на себя множество причудливых профессий, от провидицы до коллекционера редких раковин, никто и никогда не упрекал меня в излишней драматичности.
Даже убив человека, я не заслужила подобной славы.
– Не заметила здесь любителей драмы, – ответила я Вестнику.
Я зашагала вперед.
Надо отдать ему должное, пока Тристан волочился позади, делая три шага на один мой, Вестник без единого звука плавно скользил рядом со мной.
Не видь я, как его отполированные ботинки ступают на камни, я бы подумала, что он парит над землей на высоте взмаха ресниц.
– Если кто здесь и драматичный, так это ты, – сказала я. – Появляешься в окружении крылатых теней и подзываешь волшебные лодки.
– Лодка нужна, чтобы пересечь реку, – спокойно ответил Вестник.
Свет луны падал на его бледные щеки, придавая им еще большую выразительность. Волосы, ранее зализанные назад, теперь беспорядочно падали ему на лицо, как и в ту ночь, когда мы впервые встретились.
– Ты сегодня в очках, – заметила я, уставившись прямо на узкие круглые оправы, покоившиеся на кончике его носа. – Вестнику ни к чему такие вещи.
– Они подходят к моему костюму, – возразил он.
– Ты носишь костюмы.
Он выглядел возмущенно:
– А ты принимаешь человеческий облик.
– Только иногда, – сказала я, пожав плечами, наслаждаясь обиженным тоном, который он столь тщательно пытался замаскировать. – Это мое самое нелюбимое обличье, и я бы с удовольствием отказалась от него, если б могла. Вот волчица – это другое дело.
– Такая же кровожадная, как ты, – съязвил он.
Я ухмыльнулась. С чего это он обиделся? Я, наоборот, расценила это как комплимент высшего порядка.
– Да расслабься ты, Вестник. Я не собиралась задевать твое чувство стиля.
Он скрестил руки на груди и встал передо мной, вынуждая меня резко остановиться, чтобы не врезаться носом в его кадык.
– Вообще-то, у меня есть имя.
Я с удивлением посмотрела на него.
Мне казалось, Вестники не помнят свое прошлое. Это еще одна блестящая задумка Богов. Что может быть лучше, чем стереть воспоминания слуги о том, кем он был раньше?
– Я сам выбрал себе имя, – ответил он, как будто прочитав мои мысли. – Новое. Сайлас.
Морщинка на моем носу выступила быстрее, чем я сообразила ее скрыть.
– Ты выбрал его сам?
– Оно напоминает мне о том, что я нечто большее, чем то, кем они меня сделали, а еще о том, что никогда не нужно принимать судьбу, навязанную мне извне, – объяснил Сайлас.
У меня пересохло в горле.
Кажется, что всю свою жизнь я стремилась к тому же, но у меня ничего не получалось.
Я жила по правилам родителей, и неважно, сколько раз я пыталась убедить себя, что я творю собственную судьбу, не прячась в тени и воплощая свои иллюзии, однако, по правде говоря, я постоянно держала в голове их предупреждения и те опасности, от которых они хотели меня уберечь.
Я постоянно вспоминала, как в ту роковую ночь привела Богов прямо к их двери.
И о человеке, окрашенном их кровью, который сказал мне бежать так далеко, как я смогу.
Может быть, поэтому я никогда не задерживалась в одном королевстве слишком долго. Что, если он найдет меня снова?
А вдруг на этот раз Верховные Боги пошлют именно его? Чтобы довершить дело, начатое им несколько лет назад.
Я впилась ногтями в свои ладони.
– Имя Сайлас мне не слишком нравится, – объявила я, выдавив насмешливую улыбку на лице. – Как насчет Вестника Неизбежного? Такое имя поселит больше страха в сердца наших новых врагов.
Сайлас прищурился:
– Разве Нефасов не создали для развлечения?
– И я отлично развлекаю сама себя, – ответила я, обойдя его, чтобы продолжить свой путь.
Ночь все сгущала темноту, пока мы шли, и я поймала себя на том, что ускоряю шаг, хотя в качестве нового странного защитника меня сопровождает Вестник. Странно, но с каждым щебетом птиц на заснеженных кустах или с завыванием ветра я становилась все напряженнее.
Я никогда не боялась ходить по улицам. Ни время суток, ни пустынный переулок не могли заставить меня испугаться тех, кто прячется во мраке, ведь я сама была одной из них.
И как же мне повезло никогда не переживать о своей собственной смертности и не думать о том, что можно бояться даже обычной прогулки.
Так вот, оказывается, каково быть человеком?
В таком случае я как никогда буду стремиться вернуть себе бессмертие.
– Ты хотя бы знаешь, куда идти? – вздохнул Сайлас, когда мы свернули на очередную улицу у самой границы Роузгарда.
Новой деревня не спешила показываться.
Снег завалил бо`льшую часть тропы, а каналы затянуло тонкой хрустящей корочкой льда. Если пройти эту улицу и подняться на вершину очередного холма впереди нас, мы окончательно покинем Роузгард.
– Мы идем уже довольно долго, – сказал Сайлас. – Ты, конечно, извини, но я думал, ты хотела убить Богов и их темных тварей? Если да, то нам предстоит долгий путь, и бесцельные ночные похождения нам не помогут.
– Они не бесцельные, – возразила я, и одновременно Тристан спросил: – Насколько долгий?
