В обществе с постоянными спутницами его тоже никто никогда не видел. Роль сопровождения на себя брали или кто-то из личных помощников, или служба эскорта. Конни точно знала, что последние лет десять компанию Руфуса обслуживала компания «Лунная свирель». В общем, в том, что постоянной любовницы у барона не было, Конни тоже была уверена.
- Может, я ему просто не нравлюсь? — Вслух предположила графиня и тут же отмахнулась от этой мысли. — Как я могу не нравиться?! Не на секретарш же он заглядывается!
Конни встала с дивана и два раза хлопнула в ладоши. Под потолком зажегся яркий дневной свет. Графиня поморщилась, но убавлять освещение не стала. Подошла к зеркальной панели, которую неизвестный дизайнер установил на одной из стен и, не увидев свое расплывчатое лицо, раздраженно взвизгнула.
- Чертов ублюдок!
Панель оказалась не зеркалом, а полированным серебряным листом, в котором идеально отражалось все, кроме лиц вампиров. Игра света, структура мраморной кожи и свойства металла просто не давали четкого изображения. Конни об этом знала, но почему-то именно эта мелочь окончательно ее расстроила. И она снова почувствовала себя новообращенной деревенщиной: глупой, эмоциональной, не умеющей держать эмоции под контролем.
- Нужно успокоиться. — Начала сама себя уговаривать Конни. — Он все равно будет моим. Так или иначе.
Только сейчас она сняла туфли и стянула через голову платье. Яркий синий наряд остался лежать на полу, рядом со вчерашним костюмом. Графиня осталась в одних кружевных трусиках, сделала глубокий вдох и взяла конверт. Она несколько секунд медлила, не хотела его открывать, но, в конце концов, провела острым ногтем по клапану конверта и достала три листа белой бумаги.
На первом листе каллиграфическим почерком было написано небольшое письмо:
Конни поморщилась от слащавого лицемерия, скользящего между строк, и продолжила читать.
- Меня и так никто не беспокоил!
Конни отложила в сторону письмо и ошарашенная, хотела сесть на диван, но вместо этого упала на пол. Она с ужасом поняла, что «Чистый Лист» выкупил все, абсолютно все ее долги. Даже долг из магазина нижнего белья был в списке. А сумма, которая была выставлена к оплате — поражала. Долг ей предлагалось погасить на льготных условиях, в течение восьми недель.
Тамер
С того момента, как Леда сообщила о беременности, супруги почти не разговаривали. Тамер был уверен, что Леда ему врет, но не мог найти доказательств этого вранья. Он просто чувствовал, что никакого волчонка нет, но как вывести жену на серьезный разговор — не понимал. И все чаще вспоминал об Арис.
Этим утром, идя на работу, он остановился напротив кабинета, где работала Арис. Его до сих пор никто не занял. Леда просила отдать помещение под комнату для совещаний, но он сопротивлялся. А сейчас навязчивое желание жены уничтожить все, к чему прикасалась рука Арис, начинало его злить.
Тамер открыл кабинет и с удивлением обнаружил, что здесь ничего не изменилось. На столе стоял компьютер, стакан с цветными карандашами и их совместная с бывшей женой фотография. Волк в груди Тамера недовольно зарычал на человека. Зверь больше не чувствовал привязанности к человеческой самке, но хорошо понимал, чего его лишил Тамер.
- Зачем ты с ней так поступил? — Голос сестры вырвал Тамера из плена собственных эмоций.
Вита вошла в кабинет и закрыла за собой дверь. За все это время они ни разу не обсуждали с сестрой их разрыв. Тамера в принципе не интересовало мнение сестры по этому вопросу. Она была младше и не имела права голоса. По крайней мере, так Тамер считал до того момента, пока в жизни волчицы не появился Янак и робкая, пугливая волчица не начала давать отпор нападкам брата.
- Ты о чем? — Тамер сделал вид, что не понял, о чем спрашивала сестра.
- Об Арис.
- А она зачем со мной так поступила? — Тамер понял, что ведет себя как незрелый щенок, но признать свой промах в глазах сестры, которую шпынял все детство, не мог. — Если бы она меня любила, то простила бы.