Ванда была в ужасе и в буквальном смысле не знала, что делать. Жизнь разрушилась на ее глазах. Муж, ради которого она многим жертвовала, сейчас стоял перед ней в волчьей шкуре и отказывался оборачиваться. Точнее, сам Вальдар хотел перекинуться в человека, но зверь его не пускал на волю.
Тамер обернулся. Но Ванда сразу поняла, что силы в нем больше нет. Для Ванды это стало ударом. Разочарование в сыне накрыло с головой и Вальдара. Человек понял, что чувствует пару, ее переживания, и перестал биться в истерике, пытаясь забрать контроль у зверя. Он был настолько ошарашен, что решил пока остаться в волчьей шкуре. К встрече с реальностью мужчина не был готов.
Тамер тоже не был готов к встрече с этой самой реальностью. Он сидел за столом, уперев голову в ладони и не знал, что делать. Где-то неподалеку слышался звонок его телефона, это звонила Леда, но она была последней, с кем Тамер сейчас хотел бы говорить.
Тира
Мужа Тира нашла недалеко от поляны, где проходил обряд. Альфа северян сидел на небольшом возвышении в джинсах и старом худи. Когда он так одевался, было сложно определить не только его возраст, но и статус. Хотя сила оставалась силой. Она проявлялась независимо от одежды.
Тира подошла ближе и села примерно в метре от мужа. Находиться с ним рядом ей пока было невыносимо больно. Она пыталась себе напомнить обо всем хорошем, что между ними было, но все это разбивалось вдребезги.
- Твоя шаманка умерла. — Сказала Тира.
На мужа она старалась не смотреть, чтобы не бередить рану. К сожалению, на душу волчья регенерация не распространялась.
- Ты меня сможешь когда-нибудь простить?
Волчица не могла однозначно ответить на этот вопрос. Она неопределенно пожала плечами. Ей бы очень хотелось вернуться в прошлое и все исправить. Но это было просто невозможно. А как жить дальше, она не знала. Думала, что лучшим решением будет уехать в стаю к матери. Хотя бы на время. Она бы давно уже уехала, если бы не вампир.
- Я не буду оправдываться. — Сказал ее муж.
- Мне не нужны оправдания.
- Хочешь уехать?
- После суда.
Оборотень кивнул. Он знал, что удерживать жену бесполезно. Да и причины для того, чтобы оставаться рядом с ним, у Тиры не было. Альфа это понимал, и впервые в жизни чувствовал себя подлецом. Только как это исправить, он не знал.
Арис
Этот день прошел незаметно и мог претендовать на самый спокойный, самый безмятежный день в моей жизни. Руфус не отходил от меня ни на шаг. Руфус-младший такого рвения своего любимого вампира не понимал, поэтому время от времени бегал к Олаву развлечься.
- Как ты себя чувствуешь? — Спросил вампир, когда мы гуляли по заповеднику.
В простых брюках и джемпере Руфус Баратор выглядел намного привлекательней, чем в деловом костюме. Сквозь трикотажную ткань проступали рельефные мышцы. Даже не думала, что такое тело может быть у довольно худого на вид существа.
- Странно.
- Ты опустошена?
- Как будто всё потеряло смысл.
Лицо барона изменилось. Едва заметно, но все же изменилось. Как будто то, что я сказала, ему не понравилось.
- Я твой смысл. — Вдруг сказал собеседник.
- Снова шутка?
- Нет.
Мы остановились возле высокого дерева. Руфус прислонился к нему плечом и скрестил руки на груди.
- Значит, я плохо тебя поняла.
- Ты правильно все поняла. Я в тебе нуждаюсь.
- Знаешь, звучит двусмысленно.
- Теперь я тебя не понимаю. — Выдохнул Руфус. — Но думаю, я научусь.
Руфус еще с минуту помолчал, а потом продолжил.
- Я боюсь, что после этого ритуала ты решишь уйти.
- Куда?
- За грань.
Он оттолкнулся от ствола, и мы пошли в сторону дома. Каждый думал о своем. Точнее, Руфус о чем-то думал, а я шла босыми ногами по траве и прислушивалась к своим ощущениям.
- Я видел, как ведьмы уходят, посчитав, что выполнили главную задачу в своей жизни. Знаешь, меня никогда это не трогало. Это было как смена сезонов. Кто-то даже из транса не выходил, и ведьмы сестер не оплакивали.
- Смерть — это естественный процесс. Ты же столько столетий живешь.
- Арис, я не хочу думать, что ты умрешь. Это меня пугает.
- Барон Баратор, для обладателя черного сердца вы слишком часто рефлексируете.
- Просто пообещай мне, что в ближайшие восемьдесят лет я не останусь один.
- Обещаю.
- Я за это время найду способ поделиться с тобой вечностью.
Я сначала не поняла, о чем он говорит, а потом рассмеялась.
- Барон, ты может, меня и замуж позовешь?
- Георгий завтра отнесет кольцо ювелиру. Но это будет сюрприз. После того, как я вернусь от оборотней, я буду для тебя петь и сделаю официальное предложение. Пожалуйста, обдумай все и сделай вид, что удивилась. Георгию и Олаву будет приятно. Но сразу предупреждаю, я не буду тебя принуждать, но все равно попрошу остаться со мной. Хотя бы друзьями.
Это было неожиданно. Я, конечно, начала подозревать, что у вампира есть зачатки симпатии, но вот чтобы петь! Смеяться было нельзя. Я подавила волну смеха, но улыбка предательски вылезла на лицо.
- Для друга, Руфус, ты слишком хорошо целуешься.
- Это значит, что я могу надеяться?
- Поговорим об этом после песни. Когда ты поедешь к северянам?