Джейсон был прав, но Фрэнки знала, что у него есть особые причины верить в виновность Даррена Ньюмана. Он считал его виновным в плачевном состоянии их брака и не сильно ошибался в этом. То, что вскрылось в связи с Дарреном Ньюманом – и с убийством Меррилин Сомерс, – потрясло Фрэнки до глубины души. Она растерялась. Выпала из жизни. Замкнулась. Стала недоступна для эмоций, и в их спальню постепенно просочилась пустота. Уже многие месяцы они не занимались любовью.
Джейсон не делал ничего, чтобы изменить ситуацию к лучшему. Другой на его месте попытался бы пробиться через оболочку, в которую она спряталась, и вернуть ее себе. Но не Джейсон. Он забурился в свою лабораторию и ждет, когда она справится самостоятельно. С тех пор между ними пролегла пропасть.
Фрэнки никогда не рассказывала Джейсону, как Даррен подкатывал к ней. Некоторые пациенты время от времени предпринимали попытки поухаживать за своим врачом. Обычно пылкие чувства становились побочным эффектом лечения, и она знала, как остудить ухажеров. С Дарреном же все было по-другому. В первый и единственный раз Фрэнки испытала искушение, хотя прекрасно представляла, каковы могут быть последствия. Он был вкрадчив. Обольстителен. В физическом плане он действовал на нее совсем не так, как остальные мужчины. Даже как Джейсон. Она сопротивлялась Даррену, но все равно на долгие месяцы оказалась в плену сексуальных фантазий. Когда он смотрел на нее, ей казалось, что он знает, что именно она чувствует.
Уже потом Фрэнки поняла, что его умелое соблазнение было уловкой. Если б она поддалась искушению, он смог бы использовать их связь против нее. Она была частью его плана. И ненавидела его за это.
– Нет, – продолжала настаивать Фрэнки, – я думаю, это не Даррен.
Судя по виду, Джейсон хотел что-то возразить, но понял всю бессмысленность этого. Они и так много ссорились из-за Даррена Ньюмана. Вред уже был нанесен.
– Тогда кто?
– Есть еще кое-кто, – ответила Фрэнки.
Джейсон встал и подошел к ней почти вплотную.
– Кто это?
– Пациент. Я не смогу назвать имя, я не могу рассказать о нем полиции, пока не буду знать наверняка.
– А почему ты думаешь, что это он?
Фрэнки имела в виду Тодда Ферриса.
– Он перехватил меня вчера во время пробежки. Мне было очень неуютно, как будто он преследовал меня. Он сказал, что не хочет приходить на прием, потому что не хочет, чтобы я делала записи. Другими словами, он не хочет оставлять улики – во всяком случае, выглядит это именно так.
Взгляд темных глаз мужа стал еще мрачнее.
– Что он сказал?
– Что у него странные воспоминания. Он утверждает, будто помнит, как мучают женщин. Он сказал, что ему понадобилось встретиться со мной, так как он узнал одну из женщин в новостях. Это Бринн Лэнсинг.
– То есть этот тип говорит, что видел, как пытали одну из твоих пациенток?
Фрэнки кивнула.
– Когда мы с ним разговаривали, я не поверила. Все это выглядело полнейшей дикостью, как будто кто-то сочиняет всякие истории, чтобы привлечь к себе внимание. Но сейчас…
– Если это он, зачем ему приходить к тебе? Зачем ему играть в эти игры, а потом рассказывать тебе, чем он занимается?
– Не знаю. Может, он шизофреник, но во время лечения у меня такого впечатления не возникло.
– Он говорил, что именно он мучает женщин? – спросил Джейсон.
– Нет, он сказал, что был очевидцем. Видел все.
– Тебе следовало бы рассказать об этом полиции.
– Думаешь, мне не хочется? Просто я не могу. Пока он не скажет или не сделает что-нибудь, что позволило бы нарушить врачебную тайну, у меня руки связаны.
– И что же ты собираешься делать?
Фрэнки прошла в свой рабочий кабинет и отперла картотечный шкаф, стоявший позади письменного стола. Именно там она хранила все свои записи. Порывшись во втором ящике, нашла папку с именем Тодда Ферриса.
– Мне нужно как-то связаться с ним, – сказала она. – Встретиться. Поговорить.
– Одной? Ни за что. Возьми меня с собой.
– Я же уже сказала, что не могу нарушать врачебную тайну. Я не могу допустить, чтобы ты узнал, кто он. – Так как Джейсон молчал, она добавила: – Извини.
– У нас всегда так, – раздраженно бросил он.
– В каком смысле?
– Ты сама по себе, Фрэнки. Нет никакого «мы».
– Но это не так. Я тут ничего не решаю.
– Всё ты прекрасно решаешь. Просто я не нужен тебе. И Пэм тебе не нужна. Тебе никто не нужен.
– Джейсон…
– Делай что хочешь, – отрезал он. – Встретимся дома.
Он быстрыми шагами вышел из кабинета. Хлопнула внутренняя дверь, потом Фрэнки услышала, как хлопнула наружная дверь. Она снова осталась одна.
«Он ошибается», – подумала Фрэнки.
Ей не надо отгораживаться от всего мира на своем крохотном островке. Хотя не исключено, что она обманывает себя. За годы взросления в обществе отца она выучила множество уроков. «Не проси о помощи. Не испытывай надобности в других, потому что их все равно не будет рядом».
Фрэнки открыла папку Тодда Ферриса и нашла анкету, которую заполнял каждый новый пациент. После некоторого колебания она набрала номер его телефона и стала решать, что ему скажет. Когда на линии раздались гудки, она затаила дыхание.
– Алло?
Голос был женским.
