Фрост, набрав комбинацию из цифр, разблокировал телефон и показал Люси экран ожидания, обоями для которого служил снимок его самого и сестры. Фотография была сделана в замечательный летний день, в Алькатрасе. Фрост и Кейти стояли на фоне города и Залива, а над ними простиралось бескрайнее небо Калифорнии. Кейти положила голову Фросту на плечо, ее светлые волосы отливали золотом в лучах яркого солнца.
– Ого, она была красавицей, – сказала Люси. – Да, верно, вас двоих точно можно принять за близнецов.
– Спасибо.
Шак дернул лапой дверцу переноски, требуя еще угощения. Люси намазала ему на розовый нос капельку сиропа, и он быстро слизнул его. Истон поймал себя на том, что таращится на девушку, и понял, что она заметила его взгляд. Ее щеки залил румянец. Внимание Фроста было ей приятно, хотя и смущало ее. Она покосилась на инспектора и быстро отвела взгляд. Фрост узнал признаки, указывающие на то, что отношения с другим человеком могут вот-вот перерасти в нечто более глубокое. Взгляд Люси как бы посылал ему романтическое приглашение: приди и завоюй меня.
Одного Истон не мог сказать Люси: что в ее обществе он испытывает совершенно другие эмоции. Что он тоскует по своей младшей сестренке. И что когда она рядом, Кейти не кажется такой далекой.
– У меня была причина для того, чтобы ты узнала о песне, – сказал он.
Люси вздохнула, разочарованная тем, что он перевел разговор с личной темы.
– Чтобы напугать меня до смерти?
– Ну в некотором роде. Все эти смерти не были случайными. Музыкальной машиной в баре можно управлять через приложение в телефоне, и вчера кто-то взломал его, чтобы запустить эту песню. Я звонил диджею, который занимался музыкой на свадьбе, где умерла Моника Фарр. Он сказал, что кто-то из толпы попросил поставить «Соловья».
– А что насчет Бринн? – спросила Люси.
– Некто прислал сообщение с запросом на страницу радиостанции в «Фейсбуке». Взгляни.
Фрост сохранил это сообщение в памяти своего телефона и сейчас показал его Люси. Увидев имя отправителя, она наморщила свой нежный лобик.
– Ночная Птица? – спросила она.
– Верно. Это имя говорит тебе о чем-нибудь? Ты уже слышала его?
– Нет, никогда. А что это значит, Фрост?
– Это значит, что все, что произошло с Бринн и другими женщинами, было спланированным убийством. Кто-то сделал их своей мишенью.
– Вот теперь ты и в самом деле напугал меня, – сказала Люси.
– Сожалею, но дело обстоит именно так. Помнишь, о чем мы говорили вчера? О том, что ты собираешься к Франческе Штейн. Я не хочу, чтобы ты к ней шла. Не сейчас. Поэтому-то я и попросил тебя о встрече. Я думаю, тебе стоит отменить визит.
Люси задумалась, но потом помотала головой.
– Я иду туда, чтобы выяснить как можно больше. А на лечение я пока соглашаться не буду.
– Это слишком опасно, Люси. Во всяком случае, в настоящий момент.
– Я понимаю, о чем ты. Но знаешь что? Мне до смерти надоело бояться. Мне противно от всего того, что происходит со мной, когда я пытаюсь пройти по мосту. Доктор Штейн помогла Бринн. На самом деле помогла. И я хочу узнать, сможет ли она помочь и мне.
– Если ты все же пойдешь к ней, я буду ждать тебя у здания.
Люси рассмеялась.
– О, мой герой…
– Я серьезно. Я хочу убедиться, что никто не будет следить за тобой, когда ты выйдешь оттуда.
– Ладно, договорились. Пусть будет по-твоему.
– Вот и хорошо. Будь бдительна. Если увидишь нечто странное, немедленно звони мне. Ясно?
Она отсалютовала ему.
– Так точно.
– Мне пора, – сказал Фрост.
– Да, мне тоже пора на работу. Спасибо за завтрак.
Истон помахал брату, видневшемуся в окне вагончика.
– Спасибо, Дуэйн. Если б все зависело от меня, мы ели бы «Кэпнкранч»[9].
– Я тоже люблю «Кэпнкранч», – сказала Люси.
Она встала и просунула через решетку палец в переноску, чтобы попрощаться с Шаком. Кот облизал ее палец. Фрост тоже встал и, подойдя к Люси, наклонился над переноской.
Их лица приблизились вплотную друг к другу. Вдруг Люси стремительно, пока Истон не успел остановить ее, повернулась и поцеловала его. Ее губы были сладкими от сиропа.
– Просто не смогла удержаться, – сказала она. – Что бы там ни было.
– Люси… – заговорил Фрост тоном, сулившим сплошное разочарование другому участнику поцелуя.
– Всё в порядке. Тебе не надо ничего говорить.
Робко улыбнувшись и тряхнув каштановыми волосами, девушка пошла прочь. Фрост все еще ощущал вкус ее губ. Пусть ее поступок и был неправильным, однако Истон не мог отрицать, что поцелуй ему понравился. Правда, он знал, что Люси нужно нечто, что он не может ей дать. Она мила и одинока, и она неверно понимает идущие от него сигналы. А может, он сам случайно послал ей неверный сигнал…
Дуэйн успел заметить поцелуй. Он выкрикнул какую-то скабрезность, и Фрост покачал головой, как бы говоря: «Это не то, что ты думаешь». Громко произнеся «пока», инспектор взял переноску и пошел через толпу к Одиннадцатой улице, но остановился, услышав, что на телефон пришло сообщение. Поставив переноску между ног, он достал телефон из поясной кобуры.
Номер был незнакомым.
Фрост прочитал сообщение и понял, что игра перешла на новый уровень.
