Картер совершенно спокойно выдержал его тяжелый взгляд.
– Вот черт, – пробормотала себе под нос Элли.
– Ты еще хлебнешь с ним горя, – сказала Картер, вновь поворачиваясь к своей визави. – Этот тип обладает здесь немалой властью и привык добиваться того, что хочет. А хочет он тебя.
Повернув голову и бесстрашно посмотрев на Сильвиана, Элли сказала:
– Что ж, будем считать, что в этот раз ему не повезло. Потому что он меня не получит.
Элли поднялась с места и направилась к столику, за которым расположился Сильвиан. И хотя выражение его лица не предвещало ничего хорошего и могло напугать кого угодно, у Элли имелось преимущество: во-первых, она полностью разочаровалась в своем кумире, а во-вторых, была совершенно трезвой.
Опустив руки на спинку его стула, она приблизила к его лицу свое так, что их разделяло не более пары сантиметров, после чего заговорила негромким спокойным голосом, в котором тем не менее отзывался металл.
– Хуже вчерашнего свидания у меня в жизни не было. Одно только хорошо – то, что оно последнее.
Дождавшись момента, когда злоба на лице Сильвиана сменилась неприкрытым удивлением, она повернулась на каблуках и направилась к двери, заметив краем глаза, что наблюдавший за этой сценой Картер расплылся в улыбке.
