Пообедать не получилось — вся кухня была заставлена разномастными банками, а за ужином Виктор, поев чего-то, что и не разглядел — уснул прямо за столом сидя. Ириха милосердно дала ему подремать четверть часа, после чего, продрав глаза, он вдруг вспомнил:
— Слушай, а ведь тушенка опасна — там ботулизм может развиться!
— Не разовьется!
— Почему это ты так уверена?
— Потому что — потому, что кончается на "у". Если хранить при температуре ниже 18 градусов — ботулотоксин не вырабатывается. А у Арины в подполье — до июля 18 градусов не будет. А может и вообще не будет — подвал у нее качественный. Давай, вставай, банки закатывай. Нехорошо, конечно, что у нас в трехлитровых в основном. Да и сала нету — залить бы сверху… Ладно, что есть…
В баню поползли уже глубокой ночью. Мылись вяло, как сонные мухи. От тепла окончательно развезло. Все за день сделать не успели, но сил уже никаких не осталось. В избе было жарко и сытно пахло тушенкой.
В медпункте вовсю идет свара — понятное дело, дамы, оставшись одни, делят полученные медикаменты. Правда до стрельбы не дошло, но вмешаться приходится.
Забрав то, что стоит раздать завтрашним участникам вылазки, величественно отбываю, прекрасно понимая, что вообще-то это скорее отступление — дамы сейчас опять заспорят.
В салоне застаю Демидова. За последние дни он как-то отъелся, определенно. Вижу, что он занят своим делом — опять набивает рожки, при этом выбирая патроны из разных кучек. Оказывается, трассеры добавляет каждым третьим патроном. Ну, это хорошее дело — в перестрелке прицелиться не всегда может получиться. Ну, это я не на своем опыте знаю, это мне рассказывали.
Спрашиваю Демидова — о чем он задумался.
— Да этот, дядь Паша мне про таких кульных пацанов рассказывал тут. Реально — крутые.
Сильно удивляюсь — заподозрить милейшего Павла Александровича в рассказах о криминальных авторитетах — никак не получается. Если б омоновцы еще об этом толковали — я б понял.
— И чего рассказал?
— Короче там один авторитет крышевал Малышевских, собрал бабло, а когда на хазу поехал — решил, что мало взял. Ну, короче — он крутой такой — братву по домам отправил, а сам один вернулся и Малышевским — давай еще бабла, короче. Те его за ноги к двум елкам привязали — порвали пополам нахрен. Потом, короче к его бабе поехали, типа твой волчина позорный коньки откинул — будем тебя теперь крышевать, а ты за Малышева выходи, пучком тогда все будет. Ну а та, короче, хитрая скобариха — да говно вопрос — говорит. Я согласна типа, давайте квасить. Ну, те, короче купились как лохи последние, ужрались в усмерть — баба своим братанам — мырг — те пьяных Малышевских замочили во сне. Во, какие дела!
— Круто! Ты кстати из пистолета — научился работать, или все неграм подражаешь?
— Да че вы все прицепились!
— Голова — два уха — людей не хватает, стрелки нужны, а тебе все понты детские покоя не дают.
— А то вы мне ствол дадите!
— Если будешь уметь им работать — и без понтов — то да, дадим. Ты к слову читать умеешь?
— Ну, умею.
— Если тебе пару книжек толковых притащу — будешь читать?
— Да ну, скука это.
— Ну, гляди. Хозяин — барин. Токо телевизора тут нету, кина тоже долго не будет.
— Ты сам обещал музейским кино казать. Дядь Паша говорил. А книжки причем?
Оп! А ведь и действительно — вчера разговор об этом был. И я забыл — и они что-то не чухнулись.
— При том, что про твоих кульных гангста — нигга книжек нет. А про твоих сверстников, которым оружие дали — есть. И про то, как они это оружие грамотно пользовали — тоже.
— Не, не люблю читать. Ты мне лучше так расскажи.
— Будет время — расскажу. А где все?
— А дернули к ментам.
Это новость. И точно — нет обоих бронетранспортеров, на площади отсутствует наш автобусик, да и грузовиков вроде тоже нет. Это они, получается, колонной рванули? И почему меня не позвали?
— Здесь кто еще остался?
— Андрей внизу вещи роет.
Спускаюсь вниз. Андрей там и разбирает сумки с вещами. Еще те — из магазина.
— Ну, а меня что не позвали?
— Николаич так решил. Там несколько сотен человек, опять же омоновцы. Лекаря попросят помочь, то — се, только мы лекаря завтра и видали. А так — приедут люди сюда, тут им и помогут. Да они такой колонной поперли, что некому их останавливать.
— А ты тут чем занимаешься?
— Да была у нас пара серьезных болтов. Оптику я на них поставил. А вот патроны где-то тут.
— Ну, а чем СВТ не годятся?
— Болты охотничьи — на крупного зверя. Если против морфов — то, пожалуй, могут быть и лучше Светок. Берут дальше, кладут лучше. Завтра и посмотрим.
С этими словами Андрей выкапывает наконец коробку с патронами. Показывает мне один. Совершенно диковинный — длинная гильза непривычного размера и рисунка, странноватая пуля.
— Калибр 300wm. Винчестер магнум. А вот и.338 Lapua Mag.
— Это что, крупнокалиберная винтовка?
— Ага. Чуть-чуть до нашего 12,7 мм. не дотягивает. Потому — отдача мягче, грохот не такой сильный, а работает на приличные дистанции. Патронов кот наплакал, потому возьмем как дополнение к Светкам.
— Я о таких даже не слыхал.
— Немудрено — вещь редкая. Цены немалой. Очень немалой.
— Слонобои?
