Позвали мужика, который с этим девайсом дела имел во время войны и даже стрелял. Пришел, спрашивает у хранителя фондов — целостность миномета важна — он подлежит консервации? (это в случае войны часть музейного добра идет в армию к слову.) Хранитель отвечает — нет, куда ему.
Тогда мужичок берет фомку, лезет под агрегат, пыхтит. Откуда-то снизу отваливается со звоном кусок металла и миномет печально свешивает стволы. Так и сейчас стоит, к слову…
— Это вы к чему? — недоумевает Николаич.
— К тому, что дело надо поручать тому, кто в нем разбирается.
Вовка открывает рот, но Семен Семеныч его опережает:
— Я — местный, да еще и охотник. Если помните. Есть ли возражение?
— КАМАЗ не бронирован.
— А у кабанов ружей нет. И больше мы вряд ли кого встретим.
— Ну а если кто из благоизбранных уцелел?
— Им в тех местах делать нечего. Да и вряд ли прыгнут — колонна все ж не простая, танк за километр слыхать.
— Получается так — что на ваш страх и на наш риск.
— Годидзе! Не глянете — что там в кузове с вашими протеже?
В кузове, наполовину забитом матрасами — все по-старому. Хозяин еще жив, Мутабор рядом, как кошак у мышиной норки. На открывшуюся дверь не среагировал никак. Мы дверь и прикрыли обратно…
Внутри БТР в общем тепло. Сидим кучей, тянет подремать, но чертов Вовик заранее предупредил — будет болтанка. Так что — задремлешь — долбанешься башкой. Курсантеры наконец-то завели разговор про баб. Это как-то встряхивает присутствующих и дремота на время отходит.
Таких разговоров я уже наслушался, служивые такие темы любят и что странно — чем неопытнее — тем гуще рассказы. Самые сперматозавры — обычно как раз девственники — их послушать — так и яйца у них трехлитровые и сперма ручьями и девки кучами.
Настраиваюсь на типовое ведение разговора, и тут тот самый Ленька — дружок нашего Рукокрыла-Званцева неожиданно признается — очень жалеет, что в свое время не успел пройти курсы для пикаперов. Ну, сложно ему знакомиться.
— Да все это херня, как говорит Мутабор! Ничему толковому там не учат — заявляет в ответ Сергей, но как-то слишком уж уверенно.
— А как же пикаперы? Из закомплексованных сосунков отлично готовят в сжатые сроки таких баболюбов! Любую снять могут за пять минут.
— Да ну?
— Это — да, полезные курсы. Мне рассказывали.
— Точно! У меня приятель прошел обучение — по паре телок в неделю снимал! Весь страх как рукой сняло. — поддерживает дружка лопоухий Званцев-младший.
— Ага. А до того? — дергает меня нелегкая за язык.
— А до того вообще с девчонкой заговорить не мог!
— Ну-ну. То есть был мальчонка, стесняющийся и боящийся женщин. Так?
— Точно!
— Значит, была у человека боязнь женщин. Считал он их за что-то необъяснимое. Не поддающееся пониманию и жутковатое в своей таинственности. А тут ему объяснили на пальцах, что все девки — бляди и вообще представляют собой три дырки на ножках. Ничего таинственного, ничего мистического, ничего загадочного, ничего, достойного уважения. Три дырки, легкодоступных к тому же. Брякнулась женщина с пьедестала. Так?
— Не так. Он их бояться перестал!
— Он — пикапер — продолжает их бояться. Потому и снимает по десятку за неделю, раньше это называлось комплексом Дон-Жуана, то есть паническая боязнь ответственности и неумение строить нормальные отношения с противоположным полом.
А доказать себе, что он крут — охота. Вот и получается — замена количеством качества. Только это фигня.
— Херня! — подсказывает заинтересованно слушающий Серега.
— Ну, можно и так. Я уж не говорю о том, что частая смена половых партнеров чревата боком — как нам говорили на занятиях по кож-венболезням — в среднем каждый тринадцатый партнер — дает новое вензаболевание. А когда нас учили — еще не было такого разгуляева. Вот и прикинь — девок пикапер по определению уважать не может — потому как они либо тупые давалки — если дают, либо заносчивые стервы — если не дают. И пикапер стопудово уверен — если ему не дали — то это не потому, что девчонка себя уважает и не собирается давать первому встречному, а потому, что она просто сучка заносчивая.
— Да ну прямо!
— А простой вопрос — жениться пикапер будет? Уважать свою жену будет? Он же знает, что все девки — бляди. А как насчет детей? Какой из пикапера папаша выйдет? Да никакой — как стерилизованный самец мухи цеце — жужжит, летает — а потомства нету.
— То есть считаешь, что никакой пользы от такой тренировки?
— По пикаперству? Почему ж никакой. Люди хорошие деньги на дураках делают.
— Я не про тренеров.
— А не про тренеров — вот ты заплатишь денег, чтоб тебе черт знает кто стал что-то в задницу запихивать, причем неясно — то ли палец, то ли совсем даже не палец?
— Охренел? С какой стати? Ты чо?
— Я ниче — через плечо — вокруг ноги — еще винтом — и в сапоги — а если серьезно — то вот такое предложение насчет пальца в жопе — возмущает — а вот в мозги позволяют себе лезть люди кому попало и чем попало. Совсем не пальцем — такой мозготрах делают — китайское промывание мозгов — отдыхает полностью.
