— Твой любимый брат — Ноан — сказал, будто мы похожи. — Он сделал вид, что не услышал моих слов. — Ну же. Сядь.
Похоже, выбор у меня невелик. Одна я ни за что не справлюсь с этим вампиром. А младших Лудиней держал под контролем. Помощи ждать неоткуда.
Пришлось присесть.
— Кого ты видишь перед собой, младшая? — вампир коснулся гладкой кожи эльфа. — Кто он, по-твоему?
Не знаю, какую игру затеял Лудиней, но мне она не нравилась.
— Западный эльф, который просил тебя о невозможном.
— Ты так думаешь?
— А ты считаешь иначе? — снова разозлилась я. — Думаешь, придешь в замок, и создатель вручит тебе эльфийскую девчонку?!
— Я не об этом, — качнул головой вампир. Волосы соскользнули на лицо, закрыв на мгновенье идеальный профиль. — Ты видишь перед собой всего лишь эльфа. Или? — он быстро развернулся ко мне, снова заглянув в самую душу. — Или пытаешься обмануть меня и себя заодно.
Что-то внутри меня щелкнуло, оборвалось. И что-то другое вырвалось наружу.
— Нет, — прошептала я, отводя взгляд. — Он был любящим отцом, до последнего сражавшимся за собственную дочь.
— И что бы сделала та Вея, которая любила лошадей и ветер, сейчас?
— Откуда ты знаешь? — я отпрянула от него, как от огня.
— Это я нашел тебя для мастера, — виновато и вместе с тем устало улыбнулся Лудиней. — Ты не ответила. Что бы сделала та, другая Вея? Веомага.
Дернув плечом, я вскочила, заметалась по башне.
Все! Все было подстроено! С самого начала! С самой первой ночи, когда я открыла алые глаза, бывшие когда-то небесно-голубыми! И кем?! Этим виновато улыбающимся вампиром! Моим соотечественником! Лудинеем!
— Зачем ты так со мной? С нами?! — я зашептала, подойдя к оцепеневшим сородичам. — Ты использовал нас!
— Привыкай, — печально изрек Луй, — ты вампирша. И если не будешь кого-то использовать, то сама станешь чужим орудием. Но я хотел другого.
— Чего же?
— Мне нужен союзник, который сумел бы расположить к себе Хаба и незаметно для него создать оппозицию.
— Что? — я рассмеялась. — Оппозицию? Я?!
— Разве нет? — Лудиней встал, приблизился ко мне.
Я поймала себя на том, что прячу глаза от его пронзительного взгляда.
— Хаб держит меня подальше от замка не потому, что доверяет. А потому что боится моего дара.
— Но воздействовать на создателя ты не можешь, — подхватила я. — Только на своих братьев и сестер.
— Как видишь, не на всех, — Луй коснулся моей руки. — Ноан прав. Мы похожи. Я не ошибся. Ты тоже хочешь уйти отсюда. Навсегда.
Вспомнилось, как час назад на дороге к башне нас встретил Лудиней. Он ждал в тени, облокотившись на камень. Не всякий разглядел бы вампира в ночи.
— Создатель не знает, что ты здесь, — догадалась я. — И тебе это на руку. Эльфа, — я подбородком указала на мертвое тело, — привел и бросил в «детскую» ты. А дочь-то его — настоящая? Или тоже иллюзия?
— Хм, — растянул губы в улыбке вампир, от чего наружу выползли два острых клыка, — думаешь, все здесь искусная игра, спектакль. Не совсем. Его дочь зовут Иссандра. И она, действительно, не должна умереть. Так что, Вея? — с его губ мое имя слетело как-то иначе. Нежнее. — Ты со мной?
— Не пытайся манипулировать мною.
— Да или нет? — с той же мягкостью переспросил Лудиней.
Я посмотрела вверх, на звезды, на выбравшуюся из объятий облака луну. Только они знали, что происходило сейчас. Только они могли дать ответ. Я минуту вглядывалась в холодные изумруды звезд. Но они заговорщически перемигивались друг с другом и молчали.
— Да, — наконец, промолвила я. — С тобой. Отпусти младших.
Миг, и они, как ни в чем не бывало, вернулись к реальности. Ноан покосился на мертвого эльфа.
— Так что будем делать?
— Возвращаемся в замок, — сквозь зубы произнесла я. — Ноан, Тарина, Миаш, скажите нашим: «пора».
И я спрыгнула с башни, все ещё чувствуя на себе суровый и одновременно такой теплый взгляд Лудинея. Нет-нет! Это все игра! Искусная иллюзия ледвейца!
— Веомага!
Низкий голос принадлежал немолодому фострэ. Страж стоял у ворот замка и, как видно, поджидал меня.
— Мастер Хаб уже начал трапезу. Он беспокоится, что…
— Я уже здесь. — Пришлось обойти фострэ, проигнорировав его удивленный взгляд. — Можешь доложить о моем прибытии.
Но этого не потребовалось. Меня и так заметили. Рика — худенькая анноанка с коротко стриженными светло-русыми волосами — недовольно поглядывала на меня от вторых ворот. Рика ненамного превосходила меня в возрасте. Но вела себя так, будто старше на все пять столетий. Я подозревала, что она просто ревновала создателя ко мне. Не про нее, а про меня ходили слухи, как о любимице Хаба. Глупая. Она не понимала, как противно носить это «клеймо».
— Отвратительно выглядишь, Вея! — «поприветствовала» меня вампирша. — Вид такой, будто тебя в сточной канаве подобрали.
— Знаешь, Рика — ответила я, обходя ее, как фострэ полминуты назад. — «Детская» никогда не была княжескими покоями. Однако для меня честь отправиться туда по приказу мастера Хаба.
